«закономерностях исторического развития». Причем создается впечатление, что утверждение о существовании «закономерностей» предваряет простое доказывание их существования вообще! Это противоречит элементарной логике, - и не научной, а даже примитивно бытовой. Откуда в смене поколений животных, случайно ставших носителями случайно же появившихся сознания и мышления, которые не выполняют никакой необходимой для феномена жизни функции, могут появиться какие-то «закономерности»? Или возникновение разумной жизни кем-то запланировано? Но тогда это заставляет придти к выводу, что существуют две независимые друг от друга ипостаси, созданные для чего-то какой-то мистической силой: история и человечество, причем человечество, подобно деревянной щепке, как бы брошено в реку-историю, и его несет «историческое» течение, заставляя повторять все изгибы «исторического русла», не считаясь с желаниями людей?! Мистика в чистом виде! Карл Поппер в своей книге «Открытое общество и его враги» пишет [93]: «Тщательное исследование этой проблемы привело меня к убеждению, что подобные безапелляционные исторические пророчества целиком находятся за пределами научного метода. Будущее зависит от нас, и над нами не довлеет никакая историческая необходимость. Однако есть влиятельные социально-философские учения, ...(которые) настаивают ...на том, что уже открыли законы истории, позволяющие им пророчествовать о ходе истории. ...В книге «The Poverty of Historicism» («Нищета историцизма» – В.Ц.), я попытался опровергнуть эти аргументы и показать, что, вопреки их кажущемуся правдоподобию, они основаны на полном непонимании сущности научного метода...». Красноречиво и блестяще! Никакой независимо существующей истории нет и в помине: история – это просто описание броуновского движения человеческих масс в предшествующие времена, которое характеризуется разной степенью эгоизма, невежества, искаженных представлений и примитивности быта. Убеждение в существовании каких-то мифических исторических закономерностей, невольно вбиваемое в головы людей историками-«специалистами», не отличается по «научности» от библейской истории сотворения мира и объясняется либо наивностью их авторов, либо тем, что гуманитарной «науке» истории надо во что бы то ни стало доказывать свою научность. Это ничего не приносит, кроме насаждения предрассудков и исторического вранья, приводящих к сегодняшней взаимной враждебности людей, сознанием которых манипулируют ссылками на какие-то якобы исторические прецеденты. Автор, как и большинство людей, ценит художественную литературу с историческим фоном, написанную такими авторами как Александр Дюма, Василий Ян (Василий Янчевецкий) или Борис Акунин (Григорий Чхартишвили) и др., но при чем здесь реальное прошлое человечества!? А ведь «серьезные» труды и статьи «по истории» ничем не отличаются от произведений этих писателей по «достоверности» исторических реконструкций, бесконечно уступая по писательскому таланту и увлекательности, и во столько же раз превосходят по уровню ложных претензий на какой-то исторический и поучительный анализ. Современные историки мало отличаются от своих предшественников, утверждая, например, что «...особенность и главное отличие исторического знания от математического заключается в том, что история восстанавливает имевшую место действительность, поэтому вынуждена ориентироваться на реалии земного бытия и человеческой природы» [94]. Оказывается, что знание историей фактов и мотивов древних событий – «имевшей место действительности», следует из априорного знания «реалий земного бытия и человеческой природы», а не «реалии» и психология следует из сначала достоверно установленных событий, поступков и мотивов предков!? Откуда?! Об априорном знании фактов – «реалий земного бытия», вообще нельзя серьезно говорить, а что касается мотивов, то, согласно убеждениям психологов, даже мотивы повседневного поведения жителей средневековья реко отличалась от мотивов их непосредственных потомков! Эрих Фром в своей книге «Бегство от свободы» пишет: «Почему происходят изменения в человеческом характере при переходе от одной исторической эпохи к другой? Почему дух Возрождения отличается от духа средневековья? Почему человеческий характер в условиях монополистического капитализма уже не таков, каким был в XIX веке? ...Почему возникают новые способности и новые страсти, хорошие и дурные. ...С эпохи Возрождения и до наших дней люди преисполнены пылким стремлением к славе. Это стремление ...было совсем нехарактерно для человека средневекового общества. За тот же период в людях развилось осознание красоты природы, которого прежде просто не существовало. В странах Северной Европы, начиная с XVI века, в людях развилась неуемная страсть к труду, которой до того не было у свободного человека».