Обычно курсантов готовили состоявшиеся сёрчи. Помогали открыть второй уровень потребления, учили охотиться на псов. Свою нелюбовь ко мне Грудный не скрывал. Потому и придумал новое правило для моей проверки. Никакого обучения, помощи или оружия. Мне дали десять дней на убийство пса. Вот и всё.
— Будет тяжело, но что ему остаётся? Либо он прикончит пса, либо адепты прикончат его. Первый уровень ещё можно было списать на случайность. Если бы Нолан покаялся, Преподобный бы его простил. Били бы, конечно. Но простили.
— Как благородно.
— Но со вторым уровнем — без шансов. Если Нолан не станет сёрчем, то его призна́ют чревоугодником, нарушителем главной заповеди, расфигачат всю спину плетями и выкинут без одежды за стену. Какое-то время он проживёт. Если повезёт, найдёт несколько камней в опустошённых жилах. Но О́но его убьёт. Браслет направит все силы на поддержание энергии, не сможет заживлять раны. Песок, солнце. Очень быстро Нолан подхватит инфекцию. Раны начнут загнивать, гной стекать по спине. Присосутся пиявки и будут медленно поедать его плоть, — Астра выловила из кружки вишенку и со смаком прожевала. — Повезёт, если удастся пережить первую ночь. Но поспать ему всё равно не дадут. Стервятники слетятся на запах гнили. И будут отрывать по кусочку мяса каждый раз, когда Нолан приснёт и потеряет бдительность.
Мы с Касом отставили кружки. Астра выловила ещё одну вишенку и раскусила, проливая немного сока на подбородок.
— Значит, по-твоему, лучше самому выйти за стену, найти пса и позволить ему себя сожрать? — спросил Кас.
— Выбора у него нету.
— Можно попроситься в помощники. В таком случае придётся ползать на коленях перед Грудным. Но если Нолан сумел убедить его, что может быть сёрчем, то можно попробовать. Не самый плохой вариант. Придётся помогать на кухне, работать в прачечной, дежурить по ночам. Но это лучше, чем долгая и мучительная смерть от О́но или быстрая незавидная смерть от пса.
— Вот поэтому тебе только книжки и писать.
— Ага.
— Нолан, ты чего молчишь?
— А?
Спор ребят я слушал через слово. Мои мысли были заняты примерным подсчётом камней и припасов, которые потребуются на путешествие к Базе. К тому же я всё чаще начал задумываться: «А что, если на Базе действуют похожие дебильные правила, по которым людям нельзя открывать уровни, носить оружие, иметь больше ста часов в браслете, пить воду после заката, танцевать голыми или задавать вопросы, если у тебя нет письменного разрешения от мэра?». В таком случае мне стоило подумать о прямой дороге к Приёмке. Камней и припасов понадобится больше. Путь увеличится почти в полтора раза. Нужно будет достать…
— Нолан?! — Астра пнула меня в плечо.
— Ау! Что?
— Мы, между прочим, варианты тебе предлагаем. Что выбираешь? Стать обоссанным рабом в логове сёрчей, стирать им трусы и носки, готовить жрать и дежурить по ночам в их запёрженных казармах или принять свою судьбу с честью и сразиться с псом?
— Не спеши, отвечать, — вмешался Кас. — И ещё раз подумай. Что ты выбираешь: стать частью великой гильдии, получить увеличенную норму камней и слушать истории об экспедициях из первых уст? Либо бесполезно подохнуть в пасти пса?
— Я подумаю.
Кас пожал плечами, Астра махнула рукой. Они хотели увидеть развязку уже прямо сейчас. Но они не видели картины целиком, а поэтому не понимали главного.
Грудный дал мне десять дней, чтобы прикончить пса. Но нафига мне его убивать? У меня появилось десять дней. В это время Йохан будет снабжать меня камнями, а адепты смотреть, но не трогать. Курсант-сёрч неприкосновен. Испытание подходило как нельзя лучше. Десять дней свободы. Не нужно ходить на лекции к сёрчам или играть роль послушного новобранца. За десять дней я решу все свои проблемы с камнями, достану снарягу и продумаю маршрут до Базы.
— Хорошо подумай, — не унималась Астра. — Если нужна помощь, я покажу пару приёмов для охоты.
Кас оторвался от блокнота и уставился на девчонку с выпученными глазами. Я тоже удивился.
— Могу дать в долг что-нибудь из снаряжения, — добавила Астра.
— Астра! — крикнул Кас.
— Что?
— Ты ненавидишь Нолана и толкаешь его на самоубийство?
— Думаю, у меня найдётся и лишний нож.
Вот это другой разговор. Я сидел за столом, пил компот и делал вид, что всё ещё сомневаюсь. Хотя на самом деле всё было ясно как дважды два. Я собираюсь за стену. И буду ходить туда много. Мне предстоит набраться опыта, познакомиться с местной флорой и фауной и оценить свои шансы пройти живым шестьдесят километров. Халявная снаряга сама текла мне в руки.