— Выращивание людей в пробирках — это чушь. Если вы вдруг не знали.
— Догадывался.
— Невозможно перенести сознание в выращенного человека. Можно передать ему воспоминания, опыт, имя. Но сути это не меняет. Богач, который заплатил миллиард долларов за клон, так и останется богачом в своём старом теле.
Ясно, понятно. Но зачем мне эта информация? Речь шла про перемещение. При чём здесь клоны?
— Проблему переноса сознания удалось решить с применением сверхсветовых скоростей на сверхдальних расстояниях. Мы положим вас в призовую станцию, пронзим импульсным лазером в направлении Б3412. Слепок вашего тело перенесётся туда и воссоздастся, словно вы прошли через зеркало в другое измерение.
— А здешнее тело? — спросил я, разглядывая кресло, похожее на стоматологическое, в которое мне в скором времени предстояло сесть.
Лучше уж зубы полечить. Все. Или вырвать. Можно без новокаина.
— Ваше тело мы поместим в инкубационную капсулу и надёжно сохраним. Возвращение пройдёт по той же схеме.
— Хотите сказать, что всё то время я буду здесь?
— Нет, — учёный помотал головой. — Вы будете там. И это очень важно понимать. Если вы погибнете на Б3412, то ваше тело останется лежать овощем, и мы ничего не сможем с этим поделать. Мы перемещаем энергетический слепок. Можете называть его сознанием. И этот слепок может находиться только в одном месте. Простите, но таковы законы физики. По крайней мере, пока. Пока мы не открыли новые.
Ну что тут сказать. Странно? Конечно, блин, странно. Выстрел человеком в космос на расстояния в триллионы километров — штука странная. Хотя со старой пушкой было понятнее. В новой нарисовались какие-то энергетические слепки. Надеюсь, эти ребята знают, что делают. Только мужик в костюме напрягал, спешил отчитаться перед руководством о выполненном задании. И одно тело без энергетического слепка он преградой не считал.
— Погодите. Но разве ваша пушка стреляет точно в цель? Инструктор в учебке предупреждал о зоне попадания в тридцать километров. Туда мой слепок отправят, но как примут обратно?
— Мы задействуем спутниковые приёмники на орбите. Словим лазер и перенаправим в станцию приёмки.
— И проверить работу этой штуки придётся мне?
— Простите, — он пожал плечами. — Я лишь делаю свою работу.
… … …
На безоблачном небе висел гигант О́но. Блестящие от пота люди стягивались к площади. Некоторые возвращались к делам или искали тень, но многие ещё не видели «пришельца». И, время в бездну, как же они были правы на этот счёт. Там лежал настоящий пришелец. Мне ли не знать?
Зато нашлась экипировка. Нашёлся груз. Рюкзак висел на спине у Свища. Серый, с тремя защёлками и отсеками по бокам. Свищ повесил на него тряпки, маскировочную сеть и привязал свою снарягу. Теперь рюкзак принадлежал ему. Скафандр никого не заинтересовал. Зачем тебе тяжеленный скафандр на Окслессе, в котором под О́но твои яйца сгорят за считаные минуты, когда есть браслет?
Ушёл с площади и сел недалеко от ближайшего выхода за стену. Но ушёл не сам. Меня попросили. В нагрудном кармане скафандра лежала фотография Маши и Макса. Карман открыли до меня. Не удивительно. Ни один уважающий себя сёрч не притащил бы тело в Перевальный, не обшмонав его перед этим с ног до головы. Особенно когда дело касалось пришельца. Одному, мать его Оксилу, известно, что там может лежать. Не стесняясь, я сунул руку в карман. Ну а что? В конце концов, это был мой карман. Но фотографии внутри не нашёл. Свищ рявкнул, чтобы я отвалил. Иначе он собирался сломать мне пальцы.
И вот я сидел рядом с выходом. На плечах висела нужная снаряга, до двери подать рукой. Ещё и охранник ушёл. В городе поднялся такой шум, что со своего поста свалил бы и палач прямо во время казни. Всем хотелось посмотреть на пришельца.
Моё старое тело валялось под лучами О́но и разлагалось. Не самое приятное зрелище. Учёные из прыжковой станции работали с энергетическими слепками в первый раз. По логике и по плану, я всё ещё мог вернуться. Мёртвый Зоринов без моего энергетического слепка не стал для этого препятствием.