— Террористы взорвалибомбув Америке... Сотнитысячпогибших...
... — Михаил закрыл глаза, — кошма-а-ар.Потом Америка ударила атомным оружием по Ирану и Паки- стану, миллионы погибших, зараженная территория, вода, воздух... болезни... в общем...А в Украине?А в Украине обрушился саркофаг на ЧАЭС…Саркофаг на ЧАЭС? Обрушился?Ну, конечно, обрушился. Он же не вечный. Вы что, меня разы- грываете? Вы не шпион?К сожалению, нет. А вы не шутите, случаем, Глеб? Вы такого на- говорили... можно сериал ужасов снять... скажите, что вы пошутили.Извините, не до шуток.Я вас прошу в двух словах, что было дальше?Дальше? Не знаю, кто вы, но почему-то я вам верю…Что было дальше?А что было? Я же говорю. Революция одна, революция другая, го- лод, холод… Турки предъявили права на Крым, Венгрия и Чехия — на Закарпатье. Восточные области провели референдум и отделились сна- чала в автономию, а затем провозгласили независимое государство.Невероя-я-ятно… — В голове Михаила шла настоящая револю- ция, правое полушарие возмущалось и отказывалось верить левому, левое притаилось и выжидающе смотрело на подсознание, а подсо- знание — на сознание... Не найдя ответа в своей голове, Михаил злоб- но ударил по столу рукой. — Это все сволочи капиталистические!Факт!А что это за контракт, с правительством?Я не имею права об этом говорить, это тоже условия контрак- та, — Глеб перешел на шепот, — скажу только одно: контракт гаран- тирует жизнь, без него нельзя, такой закон…Понимаю... — в тон собеседнику прошептал Михаил и оглянул- ся в сторону входной двери.Жаль. Не успел свалить. Хотел квартиру продать, не успел. За- крыли границы. Да и цены на квартиры упали…И что теперь из себя представляет Украина?Украина? Все вернулось на круги своя. То же, что и в древние времена. Территория уменьшилась в пять раз.Жаль.Почему жаль? Кого жаль? Все закономерно. Сколько же можно было терпеть?Ну и что теперь, лучше, чем было?По крайней мере, никто ни с кем не спорит. Просто не о чем спорить… Языковая проблема, понятное дело, отпала. Земля заложе- на под кредиты международных банков. Промышленность осталась на востоке. А после того, как прорвала плотина…Плотина? Прорвала? Наводнение?К сожалению, да. Но вода что? Вот ил… Понимаете, ил киевско- го водохранилища радиоактивный. Миллионы тонн радиоактивного ила… По течению… Вниз…Катастрофа…До сих пор вода в Днепре не пригодна для употребления. Так что Украина сегодня это зона экологического бедствия. Все продук- ты, производимые здесь, запрещены к экспорту, промышленная про- дукция — не конкурентоспособна… Единственная надежда — гума- нитарная помощь…
— Да-а-а...
Так, давайте все же чего-нибудь слопаем, а? — Глеб открыл холо- дильник. — Есть сало, есть борщ.А горький перец?А как же, на самом видном месте, вот, пожалуйста, — Глеб до- стал из холодильника красную перчину и протянул Михаилу.Михаил взял перец и понюхал.
Чудесный запах, — Господи, я же этого и хотел…Собрано на собственном огороде. Там, где сейчас жена отдыха- ет… Не переживайте, все проверено, там радиация ниже нормы…Это хорошо. Ах, да, так что же с Крымом? Ну, хорошо, расколо- лись, а что нельзя съездить?Почему нельзя? Можно. Но это очень дорого. Я же вам сказал. Украина — зона экологического бедствия. Доход на душу населе- ния — двадцать пять долларов в месяц. А тем более, если имеешь непогашенный кредит — вообще не выпустят…И много вы заняли? То есть большой кредит взяли?Десять тысяч долларов на тридцать лет. Так что нам с же- ной за границу дорога заказана. Украина — это уже не Украина. Это СПРэй.Что значит СПРэй?Свободно-принудительная резервация. Никто никого не дер- жит, но уехать нельзя. Хотя вы знаете, многим даже нравится. А что? Восемьдесят процентов населения не работает — на пособии. С голоду никто не умирает. Хочешь кредит — бери. Работал, не рабо- тал — кусок хлеба получишь. А если стены твоей квартиры выходят на фасад улицы, так вообще заживешь, как король, и на водку, и на коньяк с шампанским хватит… Реклама — двигатель торговли!Я заметил. На стенах и окнах домов…Ну да, каждый сантиметр дает прибыль. Я же говорю, реклама двигатель тор…Слушайте, Глеб, я сейчас умру от голода. Давайте свой борщ и сало.
Михаил никогда раньше так не наслаждался ужином, как в этот раз. К борщу, салу и перцу Глеб добавил черный хлеб, свежие поми- доры и зеленый лук. Лишь после двух мисок борща желудок Михаила успокоился, и с трудом сдерживая икоту, Михаил прилег на диван возле телевизора. Нобелевский лауреат… Борщ… Крым… Сало… Физика… Эммануил… Прошлое… Мысли бегали в голове, пытаясь найти логическую постановку или хотя бы алгоритмическую после- довательность, но им это не удавалось. Революция продолжалась.Глеб