Бога в каждом явлении окружающего мира от человека до пылинки. Без Его помощи Истина не откроется ибо: «Ухо, слышащее и глаз видящий — и то, и другое создал Господь». К сожалению, чаще всего в окружающем мире мы ищем не Истину, а отражение собственных вкусов, взглядов и предпочтений…
Извините, вот это как раз важно. То есть, если управлять предпо- чтениями, взглядами и вкусами каждого индивидуума в отдельности, что и пытаются делать наши идеологические враги, то в результате можно получить и нужный общественно-целесообразный результат?Ну, конечно! Пока мы обращаемся к абстрактному мышлению народа, посредством лозунгов и политических заявлений, наши вра- ги, совершенно конкретно обращаются к каждому в отдельности и предлагают свою идеологию. Идеологию потребления. И остано- вить их можно только посредством усиления веры и определением пути к Истине.То есть к Истине как пути к цели? Потрясающе. Как все просто.Все гениальное просто. Ведь Истина находится в нашем сердце и открывается Богом по вере каждого. Ограниченность интеллекта, в конечном счете, должна стимулировать человека не к расширению, а к углублению сознания, к поиску сути и смысла происходящего. И если Бог есть Любовь, то наверняка Он сотворил нас таким образом, что нашего ограниченного ин- теллекта должно быть вполне достаточно, чтобы осознать Его план и наше место в нем. Но без веры интеллект бессилен, только благодаря вере человек получает доступ к Богу как к безграничному источнику Истины. Следовательно, именно вера в Бога расширяет возможности познания до максимально до- ступных человеку границ и может остановить бессмысленное стремление к потреблению. Только вера может спасти русский народ, а вместе с ним и более слабые народы бывшего Союза, став естественным ограничителем безмерного потребления. Здесь многому нужно учиться у мусульман. Они спасают себя верой. И здесь неважно, о какой именно вере идет речь. Христианство
или ислам, буддизм или иудаизм. Это неважно. Основа нацио- нального государства — вера.
Да, есть над, чем подумать. А что у нас по третьему вопросу, — Президент взял карандаш и перевел взгляд на лист бумаги, лежащий на столе.Ответ на третий вопрос содержится в ответе на второй. Мир есть не только среда обитания человека, но и язык, при помощи ко- торого Бог рассказывает о Себе. Но услышать и понять этот язык че- ловек сможет только тогда, когда его духовность и восприятие будут в достаточной мере чистыми и высокими. А для этого нужно изба- виться от искажений порождаемых нашим субъективизмом и духов- ным невежеством. Это язык символов.Символы… — Президент сделал запись и посмотрел на про- фессора.Мир как язык Бога есть, прежде всего, язык символов, а потому, чтобы понять его, мы должны подготовиться к восприятию именно символической информации. К сожалению, нет учебника этого язы- ка и нет словаря.А может быть, и к счастью. Вы же говорили, что учебники зало- жены в каждом из нас, — Президент посмотрел на часы. Жаль пре- рывать такой разговор. Телефон показывал сообщение:
7 не принятых вызовов
Профессор растеряно смотрел на Президента.
— Уже пора?
— К сожалению, да. Время неумолимо.
— Я понимаю. Что ж… Может, в другой раз?
— Обязательно. С вами свяжется мой референт. Я вас прошу под- готовить письменный отчет о нашей беседе. Вам будут выделены до- полнительные средства на дальнейшие исследования.
— Я вам очень благодарен, господин Президент. Очень… Бла- годарен…
Президент встал, подошел к профессору и крепко пожал руку.
— Вы делаете большое и очень важное дело. В любое время може- те обращаться прямо ко мне.
— Спасибо, я очень вам признателен.
16 Глава
Виктор Антонович, вы будете ужи- нать? — гувернантка в вышитой на- циональной одежде растерянно смо-
трела на президента Украины. — Ужинать… Будете?
Президент сидел возле камина, охватив руками голову, и молчал.
— Я извиняюсь, Виктор Антонович… Вы… Может, позвать кого? — Женщина обошла сидящего в кресле президента с левой стороны и заглянула в лицо.
Виктор Антонович открыл глаза.
— Да, накрывай на стол. А где все?
— Вашасупругаидетив Крыму, вызабыли? Будетеужинатьсами, — Виктор Антонович встал и прошелся по комнате. Предчувствие опас- ности не давало ему покоя, — а что, в самом деле, никого нет?