Академики, дамы и господа.
- Гм... вещи. Разные штуки, - Оливия ломала голову, - Люди ходят куда-то и делают совместные мероприятия. Например, собирают яблоки, или эти "Рисуй и пей". Это идиотизм, - подумала Оливия.
- Это идиотизм, - сказал Адам, пренебрежительно жестикулируя своими огромными руками. - Ты можешь просто пойти к Анх и сказать ей, что мы пошли и нарисовали Моне. А уж она позаботится о том, чтобы все остальные узнали.
- Ладно, во-первых, это был Джереми. Давай согласимся обвинять Джереми. Но дело не только в этом, - настаивала Оливия. - Люди, которые встречаются, они... они разговаривают. Много. Больше, чем просто приветствия в коридоре. Они знают любимые цвета друг друга, и где они родились, и они... они держатся за руки. Целуются.
Адам сжал губы, как бы подавляя улыбку. - Мы никогда этого не делали.
На Оливию обрушилась новая волна унижения. - Прости меня за поцелуй. Я действительно не подумала, и...
Он покачал головой. - Всё в порядке.
Он выглядел нехарактерно равнодушным к ситуации, особенно для парня, который, как известно, выходил из себя, когда люди неправильно определяли атомный номер селена. Нет, он не был безразличен. Его это забавляло.
Оливия склонила голову. - Ты наслаждаешься этим, не так ли?
-"Наслаждаюсь", наверное, не совсем верное слово, но ты должна признать, что это довольно занимательно.
Она понятия не имела, о чем он говорит. Не было ничего занимательного в том, что она случайно поцеловала преподавателя, потому что он был единственным человеком в коридоре, и что, как следствие этого потрясающе идиотского поступка, все думали, что она встречается с человеком, которого встречала ровно два раза до сегодняшнего дня...
Она разразилась смехом и ушла в себя еще до того, как закончился ход её мыслей, потрясенная невероятностью ситуации. Это была её жизнь. Это были результаты её действий. Когда она наконец снова смогла дышать, её пресс болел, и ей пришлось вытереть глаза. - Это хуже всего.
Он улыбался, глядя на неё со странным светом в глазах. И вы только посмотрите на это. У Адама Карлсена были ямочки. Милые. - Ага.
- И это всё моя вина.
- Большая часть. Я, вроде как, то же внес свою лепту вчера, но да, я бы сказал, что это в основном твоя вина.
Фальшивые отношения. С Адамом Карлсеном. Оливия должна быть сумасшедшей. - А не будет ли проблемой то, что ты преподаватель, а я аспирантка?
Он наклонил голову, став серьезным. - Это будет выглядеть не очень, но я так не думаю, нет. Поскольку я не имею над тобой никаких полномочий и не участвую в твоём курировании. Но я могу поспрашивать.
Это была эпически плохая идея. Самая плохая идея за всю историю плохих идей. За исключением того, что это действительно решило бы её текущую проблему, а также некоторые проблемы Адама, в обмен на то, что она будет здороваться с ним раз в неделю и постарается не называть его доктором Карлсеном. Это казалось довольно выгодной сделкой.
- Могу я подумать об этом?
- Конечно, - сказал он спокойно. Обнадеживающе.
Она не думала, что он будет таким. Выслушав все истории и увидев, как он ходит с вечным хмурым лицом, она действительно не думала, на действительно не думала, что он будет таким. Даже если она не совсем понимала, что это значит.
- И спасибо тебе, я думаю. За предложение. Адам, - она добавила последнее слово как бы, между прочим. Попробовала его на губах. Это было странно, но не слишком.
После долгой паузы он кивнул. - Без проблем. Оливия.
Chapter Three
ГИПОТЕЗА: Частный разговор с Адамом Карлсеном станет на 150 % более неловким после того, как будет произнесено слово "секс". От меня.
Три дня спустя Оливия обнаружила, что стоит перед офисом Адама.
Она никогда не была там раньше, но найти его не составило труда. Выбежавшая студентка с туманными глазами и испуганным выражением лица - вот что выдавало его, не говоря уже о том, что дверь Адама была единственной в коридоре, на которой не было фотографий детей, домашних животных или близких людей. Не было даже копии его статьи, попавшей на обложку журнала Nature Methods10, о которой она узнала, найдя его в Google Scholar 11накануне. Только темно-коричневое дерево и металлическая табличка с надписью: Адам Дж. Карлсен, доктор наук.
Может быть, "Дж" означало "Чудак" (прим. пер. J – Jackass).
Накануне вечером Оливия чувствовал себя немного странно, прокручивая веб-страницу своего факультета и просматривая список из десяти миллионов публикаций и научных грантов, уставившись на его фотографию, явно сделанную в середине похода и не официальным фотографом Стэнфорда. Тем не менее, она быстро подавила это чувство, сказав себе, что тщательная проверка академического прошлого вполне логична перед тем, как прыгать в лодку с фальшивыми отношениями.