Образ влился в тело профессора и растворился. Гремс заморгал, возвращаясь в реальность, достал блокнот, сделал пометку, пробубнил под нос неразборчиво: «словно голодные мухи» и вернулся к осмотру.
– Ну что ж. Покажешь мне свою находку? – спросил Гремс, но ответа не получил и продолжил: – Где ж ты это нашёл? Да ещё так крепко ухватился…
Профессор аккуратно пытался разжать пальца Игреда, чтобы высвободить кость. Но происходило обратное. Чем больше Гремс их оттягивал, тем сильнее они сжимались.
- Так не пойдёт. Я или кисть сломаю тебе или ты раскрошишь находку.
Снова образ вылетел на подмогу, закружился над Игредом, а рядом с ним вспыхивали шарики-мысли. Но бесплотный Гремс их отметал: «не то», «сложно». Место отринутой идеи тут же занимали новые, они появлялись отовсюду: от стен, от картин, залетали из окон. Образ принял вид лягушки, сел на Игреда и хищно прищурил глаза. Одна мысль сверкнула ярче других и тут же была поймана выскочившим языком.
Профессор улыбнулся, вдохнул свою тень вместе с добычей и приступил к делу:
– Нужно просто расслабить мышцы руки. Где же эта точка… Вот она! Чудеса! – лёгкое нажатие на особую точку и Гремс готов был прыгать от радости. – Спасибо, дружок!
Берцовая кость перекочевала к профессору, и он стал её изучать. Принюхался, лизнул – не сам, а через образ, но не успел понять чья она. Отвлёк шум шагов. Гремс огляделся и стал судорожно искать, куда спрятать находку. Сообщать о ней он не собирался. Прижал к груди, попытался скрыть под профессорским балахоном, но кость, как назло, выпирала, почти крича: «я здесь!». Руки решили не ждать сигнала от медленно думающего мозга. Кость оказалась в тёмном углу у стены, подальше от лежавшего на полу парня. Вовремя.
– Что вы так долго? – для порядка отчитал Гремс двух ребят из лазарета.
– Мы же ещё не приступили к смене, да и не знали, что нужно взять с собой, – попытались оправдаться парни в белой униформе.
Пит покраснел, злясь на неправду. Пацаны не поверили ему…
- Кто зовёт? Куда? Знаем мы шутки выпускников. Иди парень отсюда, пока мы не…
Хорошо, что появился доктор.
- Вам, что назначение ваше недорого? А ну, бегом! Слово профессора не обсуждается! Если это шутка, то мы разберёмся без вас!
Ангис, как старший, коротко комментировал свои действия для напарника:
– Пульс. Беглый осмотр. Всё в порядке. Можно переносить. Взяли – раз-два.
Игреда погрузили на носилки. Ангис и его напарник приготовились двигаться в лазарет, но путь преградил профессор. Он посмотрел на обоих парней так, что у ребят ток пробежался по телу.
– Об этом никто не должен знать. Передадите парня под личную ответственность доктора. Он знает, что делать. Скажите, что это мой приказ.
Ангис кивнул и, дав знак напарнику, сделал первый шаг. Носилки несли бережно и по возможности быстро, но так, чтобы не тревожить больного.
Гремс и Пит проводили медицинский кортеж, и посмотрели друг на друга. Возникла неловкая пауза. У одного в голове роились вопросы, другому же хотелось как можно быстрее остаться наедине с лежащей у стены находкой.
Глава 16. Предчувствие
Башня науки. За неделю до выпускного
Мартин не находил себе места, казалось, что он предал друга. Вопросы вспыхивали один за другим, перемежаясь с жалостью и сомнениями. Куда делся странный парнишка? Такой беспомощный, с бумагами своими бегал, что-то бормотал, писал, никому не мешал. Как могло спонтанное решение провести час под лунным светом так всё испортить? Ирма очень привлекательная девушка, но вряд ли с ней что-то получится. Кто он и кто она. Да и мэтр не даёт особо свободного времени.
Внутренние метания не приносили пользу, а делали Мартина рассеянным, и Савелий всё чаще его за это ругал.
– Ты меня в могилу хочешь загнать? А? Истукан ты стоеросовый! Что смотришь и глазёнками лупаешь? Говорю тебе уже пятисотый раз – где красная печать?
Мартин внутренне фыркнул: «Так уж и пятьсот, от силы парочку проморгал и уже столько крика. И что ещё за печать красная? Первый раз о ней слышу. Но ведь не признаваться же в этом...»
– Мэтр, простите… – начал было подбирать он слова.
– Что?! – взревел Савелий.
Пока растерянный ученик хлопал глазами мимо промелькнул послушник в балахоне с капюшоном и, улыбаясь, протянул предмет.