«Хм, куда это он? Меня значит с глаз долой, а сам?»
Дух бунтарства подтолкнул Мартина проследить за наставником. Небольшими перебежками, осторожничая, он шёл на безопасном, по его мнению, отдалении. Савелий двигался не спеша, вдоль густо засаженной рощицы. Между двумя соснами остановился и скрылся из виду. Мартин испугался, что упустит мэтра, поспешил и чуть не упал с пригорка. Взгляду открылась прогалина и одинокая постройка в самом её центре.
«Что за сарайчик? И чего в нём забыл мэтр. Никогда не слышал о том, что в этой части башни вообще что-то есть. Ох, чувствую сегодня мне откроется новая тайна».
Мартину хотелось подойти ближе, посмотреть, что находится внутри небольшого строения, но побоялся. Вдруг это очередная проверка от старика? Так глупо провалиться не хотелось, поэтому он решил прийти сюда позже, а пока выполнить полученное задание.
Архив встретил радушно, колбочки зазвенели, воздух заискрился нотками самых тёплых воспоминаний. Будто одинокий старик, он радовался своему частому гостю, как родному.
– Привет! – помахал рукой Мартин невидимому другу.
Колба 1362 стояла особняком, будто её заранее приготовили.
- Карлин. 9 лет. Вспышка, - прочитал Мартин. Имя показалось ему знакомым, но мозг был занят избушкой и не придал этому значения.
***
– Ну что ж ты у меня такая непутёвая, Карлин?
Мать намывала голову дочери и отчитывала за неподобающее поведение.
– В волосах вечные репейники, руки и ноги исцарапаны.
– Ой, больно же…
– Терпи, – мать отвесила ей лёгкую оплеуху, но тут же чмокнула в непослушную шевелюру.
Карлин зажмурила глаза, боясь, что в них попадёт мыло. Ей хватило одного раза, было так больно, что это стало хорошим уроком: когда мать ругает в ванной, лучше сидеть тихо, не дёргаться, не спорить. Тогда головомойка закончится быстро и можно будет снова бежать куда хочется.
Сегодня же мать вела себя странно. Хлёсткие слова перемешивались с тычками, объятиями, поцелуями. Мыло пенилось уже пятый раз, вода брызгала во все стороны. Карлин молчала, ей передалось тревожное настроение, сердце сжималось, пробуждая желание просто прижаться к мягкому животу, извиниться и сделать обязательно что-то хорошее. Но мать продолжала отчитывать дочь:
– Ну вот почему соседские девчонки играют в куклы, дома помогают. Мерол давно посуду моет за всеми, Сапен готовит, Кеваш в лес по грибы-ягоды ходит. А что ты? Только с дружками мальчишками приключения на одно место ищешь. Вот что вас сегодня в тот сарай понесло?
– Я увидела чудище! И хотела спасти припасы! – выпалила Карлин, насупив обиженно губы.
– Молчи уже, спасительница, – ещё одна оплеуха последовала за словами и за ней извиняющийся поцелуй.
Мать продолжила мыть голову дочери, вычёсывая репейник, траву, комочки грязи, и вдруг разрыдалась. Карлин услышала всхлипы, но открыть глаза не решилась, помня про жгучее мыло.
– Мам, что случилось?
– Ничего, родная, всё хорошо… - прошептала она, набрав воздуха. – Ты лучше о себе подумай. Как ты со своим поведением сможешь устроить будущее?
– Я просто сбегу… – сквозь зубы, прошептала девчонка, но мать услышала и разозлилась.
– Я тебе убегу! – новая оплеуха, сопроводила возглас Есентии, но, в отличие от предыдущих, за ней не последовало поцелуя. – Вот только дождёмся, когда тебе исполнится десять, и сразу начнём поиски жениха. А то ишь, что удумала! Сбежать она захотела!
Ванно-банная процедура подошла к концу. Мать укутала девочку в полотенце и пристально посмотрела ей в глаза:
– Не смей мне заикаться о побегах и прочих чудачествах. И с мальчишками прекращай дружить. Начни больше времени проводить с девочками, может, они чему-то научат тебя.
– Они глупые, я не хочу с ними дружить, – обиженно шмыгнув носом, ответила Карлин.
– Девочка моя! – мать прижалась губами ко лбу дочери и глубоко вздохнула.
Юная бунтарка чувствовала тяжёлую грусть, но не понимала отчего. Ведь она не сделала ничего плохого! Просто любила гулять, бегать, шалить вместе с мальчишками. У неё ещё целый месяц на эту свободу, после того как исполнится десять, она научится соблюдать правила. А пока хотела сама решать: с кем дружить, во что играть, куда ходить.
– Мам, а если я не хочу замуж? Есть ведь девочки, которые выбирают другой путь. Помогать, учить, лечить.
Есентия с такой нежностью посмотрела на дочь, что у той сердце сжалось. В голове Карлин снова замигала мысль: «Что-то не так… маму что-то сильно волнует. Но что? Неужели, и правда, моё поведение?»