Дверь ухнула, отсекая профессора от одних проблем и направляя к другим.
***
Гремс шёл медленно, позволяя размышлениям взять на некоторое время бразды правления. На него навалилась такая усталость, словно прошла не одна ночь и беспокойное утро, а как минимум месяц с начала событий.
А чего он ждал?
Случайности привели его в школу и к должности. Случайности же отправят на покой? Или это всё запланировано? Но кем?
Гремс чувствовал, что ему нужно ещё раз окунуться в воспоминания. Он свернул к лекторной. Сел за стол преподавателя и, достав бумагу, стал выводить на ней клочки из прошлого, что сейчас казались очень важными.
***
Первые его дни здесь. Он кружил возле зданий и вглядывался в каждую мелочь. Вспоминал, как первый раз услышал о школе и гадал, как же на самом деле она называется. Школа благородных девиц? Школа мужества? Школа второго шанса? Или Школа будущего? Последнее ему нравилось больше всех. Ведь попав сюда, ты получаешь шанс стать кем-то большим, чем обычный житель среди работяг.
Гремс удивлялся почему же родители порой не отпускали своих чад. И почему вернувшись ребята ни слова не могли рассказать, что же с ними было в школе. Это уже здесь, после того как занял пост профессора узнал, что над воспоминаниями выпускников работали в Башне учёных, оставляя только нужные для полученного Назначения.
Ещё один момент его ставил в тупик. Он слышал напутствия матерей, когда они провожали дочерей в школу:
– Ты там набирайся ума. А мы пока будем искать жениха, – говорила мать сестре друга.
Но девочка фыркала, ей было всего пятнадцать и она грезила о том, чтобы стать учёным или попасть к Богатеям. Лёгкая оплеуха привела в чувства.
– А ну! Выбей ты эти мысли. Не отпущу!
Из их посёлка только одна девочка смогла попасть в школу, остальных или не приглашали, или также как сестру друга не отпускали родители.
***
Профессор задумался. Почему же так получалось? И ведь раньше он не придавал значения тому, что в школе девчонок всегда было мало. Парни более крепкие, не скучали по дому. Да, на них жаловались учителя, но ради их блага. Проекты выпускников набирали высокие баллы.
А девчонки? Они быстро скисали, теряли вкус к науке и впитывали только то, что касается традиций. Как быть хорошей женой, как привлечь внимание богатея. Да, это у них не отнять. Многие выпускницы жили в Оазисе. Но с приходом Карлин всё изменилось. С первых дней она привлекала внимание, подавала большие надежды, если бы не характер…
– Интересно, случайно ли сгусток выбрал именно её? Куда отправил? Нужно архивы проверить, уж её-то появление в прошлом точно не прошло бы бесследным.
Профессор открыл блокнот и записал:
«Собрать больше информации о Карлин. Её семье, проектах за время учёбы…».
Строчки впечатались в лист и вызвали калейдоскоп воспоминаний, с яркими вспышками слова «Случайность»
Случайно Гремс встретил странника в лесу. Тому было нехорошо. Получив помощь, он подмигнул и на следующий день в их дом прилетела сова с приглашением в школу.
Случайно его пригласили вне основного потока и просили жить тенью.
Случайно в день выпускного профессор позвал его в кабинет и огорошил:
– Стар я уже, пора уходить мне и только в тебе вижу потенциал.
Как же Гремс сожалел, что возгордился в тот день, ушёл к друзьям и не выпытал всё возможное у старика. А тот просто исчез, только хранитель помогал молодому профессору, передавая по крупицам тайные знания.
– Почему? Почему именно сейчас? Преемника нужно найти я это понял, но причём тут Карлин, студенты в лесу и этот парень, что мумией лежит в лазарете?
Глава 24. Дерзкая молодость
Башня науки
– Мэтр! – с вызовом начал Мартин, зайдя в кабинет наставника.
– Я всё знаю, сядь! – бросил Савелий, не отрывая взгляд от раскрытой книги.
Мартин растерялся. Готовность к разговору на равных растворилась, как дымка. Он опять превратился в послушника. Его мнение перестало иметь значение, снова созовут учёных мужей, те будут решать, что делать дальше. А он станет вновь мелкой букашкой, которую всегда поставит на место древний старик, что отвечает за всё в этой башне.
В кабинет заходили учёные, пожимали плечо парня, но Мартин не реагировал. Ему стало всё равно. Захотелось раствориться или уйти к Немаку. Тот хотя бы не смотрел на него, как на пустое место. Образы, мысли глубже утягивали за собой, позволяя прятаться от реальности, как это делает улитка, заползая в свою раковину.