Саввин вытер наклюнувшуюся слезу, обнял сестру и поцеловал в макушку. В ту ночь он остался в её кровати, хотя знал, что, скорее всего, имени своего на следующий день не услышит.
– Ты не волнуйся! Они просто тебя не разглядели, – успокаивала его Карлин.
А он подмигивал и скрывал, как ощущает сжимающиеся тиски.
Прошло ещё два года. Саввин становился мрачнее, чувствуя груз традиций, которые чтились в их селе. Взрослый должен найти своё назначение и в доме скоро ему не будет места. Последние дни тикали, отдаваясь в жилах и настроении. Карлин не отходила от брата ни на шаг, тоже чувствуя напряжение.
В тот год приехали из мира богатеев. Выбирали новых слуг и претенденток в жёны. Гости ходили по домам, где-то проводили мало времени, а у семьи Вернон задержались. Мать и отец переглядывались, надеясь, что хотя бы кому-то из детей повезёт попасть в лучший мир. Выбор пал на Керлинс – старшую дочь.
– Да, именно такой я себе представлял свою жену. Красивая, молчаливая. И явно вошла в детородный возраст, – говорил коротко-стриженный, худой богатей, подыскивающий для себя невесту.
У Карлин ухнуло сердце. Она посмотрела на старшего брата и сглотнула ком. Это был последний шанс для него, но вмешались несправедливые ограничения: «из семьи могут взять только одного». Всё бы ничего, но Саввину уже исполнилось восемнадцать. А значит, не найдя места в мужской гильдии, он должен будет покинуть поселение. Только ради попытки попасть в список избранных богатеями ему позволили задержаться на год. А теперь…
Желваки заходили на скулах восьмилетки, Саввин почувствовал её настрой и крепко сжал её ладошку. Ещё не хватало, чтобы она выкинула что-нибудь и всё испортила.
– Тсс. Ради меня, возьми себя в руки.
Карлин кивнула и молча дождалась, когда гости ушли.
– Ну что ж, – слово взял отец семейства. – Керлинс, собери самое необходимое. Я рад за тебя. Надеюсь, всё у тебя сложится хорошо.
Сестра испуганно улыбнулась и поспешила уйти, но уловив взгляд матери, схватила руку Карлин и потянула за собой:
– Я без тебя не справлюсь. Выбери, что оставить на память.
Карлин обмякла, понимая, что её уводят, чтобы она не услышала приговор. Отец был очень серьёзен. Мать еле дышала. Саввин же стоял спокойно, ожидая решение, которое уже нельзя избежать, как бы он этого ни хотел.
На сборы отводилось немного времени. Уже через два часа избранные вышли на полянку, где обычно проходили праздники и собрания. Три девушки, пять парней. Одни улыбались, ведь это почётно, другие волновались и озирались по сторонам. Родители вздыхали с облегчением, смахивая украдкой слезинки. И только Карлин стояла, не двигаясь. За Керлинс она была спокойна. А вот Саввин… Девочка крепко держала его за руку, боясь, что если расслабит хватку, то тот сразу же испарится.
Помахав процессии, семья Вернон, как и остальные, вернулась домой. Хлопок двери пробудил Карлин, она вжалась в брата и зарыдала:
– Не уходи, пожалуйста!
Её оторвал отец и отправил в свою комнату. Родители сидели почти всю ночь, разговаривая с сыном, советовали, решали. А Карлин боролась со сном, она хотела дождаться момента, когда Саввин останется один, и убедить, что ему просто необходимо взять её с собой. Но усталость победила. Карлин уснула, прислонившись к стене около щели, куда вжималась ухом, чтобы услышать хоть что-то.
Скрип входной двери разбудил, она всполошилась и побежала к прихожей, но встретила отца.
– Куда собралась? А ну, марш спать!
– Ну, пап, я хочу попрощаться.
Келд обнял дочь и прошептал, сдерживая подкатывающий ком:
– Малыш, ему будет тяжело, ты же знаешь, как Савви любит тебя. Ему сложно, он попросил тебя удержать дома.
– Как он мог за меня решить? Это нечестно!
Карлин убежала в комнату и весь оставшийся день оттуда не выходила. Слёзы душили, гнев их разгонял, но потом снова рыдания накрывали волной. Так, то плача, то злясь, она провалилась в сон. И ей снилось, что брат пришёл. Долго сидел рядом, а потом поцеловал в макушку и сказал:
– Я с тобой, не бойся, если что, ты знаешь, где меня найти.
Глава 34. Школьная жизнь. Снова.
Впереди ещё один год в школе. Первые дни Карлин не знала радоваться этому или нет. С одной стороны, здесь спокойно, крыша над головой, всегда сытый желудок, да и появляется шанс получить назначение. С другой, это сложно. Снова уроки, экзамены, а ведь она никого не знает здесь ни учителей, ни студентов. К кому можно обратиться за помощью? С кем пошутить, а кого лучше обходить стороной? А ещё нужно постоянно следить за тем что говоришь, чтобы не выдать что она из прошлого. Хотя если честно она не понимала, что в этом опасного.