– Это сейчас не так важно. Твой следующий вопрос, отмахнулся старик, не открывая глаза.
– Откуда вы?
– Снова лишнее. Продолжай…
Саввину показалось, что он сейчас дома и они с Карлин играют в её любимую угадайку. Уселся поудобнее и задал следующий вопрос.
– Зачем вы здесь?
– Ещё!
– Что вам нужно от меня?! – нервы начинали сдавать.
– Вот! Это ведь именно то, что тебя больше всего волнует. Я прав? – Старик прищурил зелёные глаза и будто впился взглядом в своего собеседника. – Но и ты прав, чтобы понять это, тебе нужно понимать, кто я и откуда.
Саввин промолчал.
– История моя очень длинная…, – гость сменил позу, вытянул ноги, выгнул спину, прощёлкав уставшие позвонки и похлопал рядом с собой, приглашая собеседника сесть к нему ближе.
– Вы не поверите, – хмыкнул Саввин, – я никуда не тороплюсь и готов слушать вас хоть целую ночь.
– Что ж, – рассказ сплетался звуками в паутину. Она оживала. Казалось, что всё о чём говорит старик, происходит прямо рядом с ними.
«Родился я в семье богатеев. Знаю, что ты сейчас внутренне оттолкнул меня, но поверь, я отличался от других детей. Мать моя – чистокровная богатейка, но влюбилась в юного выпускника школы, который отказался от назначения. Ради неё. И этот характер бунтаря передался мне. Во всяком случае, с детства мне рассказывали именно такую историю.
Я не хотел учиться, не желал признавать устои, правила. И верховный жрец однажды сказал:
– Этот мальчик изначально не принадлежал нашему миру, ему стоит поискать себя в другой ипостаси.
Мать рыдала, отец разводил руками. Да и что он мог сказать, его мнение никого не волновало».
Саввин понимающе хмыкнул. Ему-то известно, как бывает, когда идеи человека не воспринимают. В голове всплыли слова отца: «Это всё бред, тебя никто не поймёт… У нас другие привычки, правила. Научись слушать старших, они-то знают, как всё устроено, а идеи твои только подвергают сомнениям то, что воспитывалось годами».
– Я знал, что ты меня поймёшь, – слова вылетали медленно, будто пробирались сквозь густо замешанное тесто.
– Что же было дальше? – подтолкнул гостя Саввин.
Тот набрал воздуха, потряс головой, отгоняя давяшую к земле усталость, и продолжил:
– Однажды появился в моей жизни тот, кто всё изменил… Я гулял по окраине и столкнулся с древним стариком. Он мне сказал, что я тот, кого он долго искал и что я тот, кто сможет изменить этот мир. Тогда мне подумалось, что наша встреча случайна, я оказался в нужном или, наоборот, ненужном месте в нужный или ненужный для меня момент.
– А на самом деле?
– Камень. Это всё, что осталось у меня от той встречи, – перескочил на другую мысль незнакомец. – Жаль, я не сразу узнал, чего же хотел от меня старикан.
– Кто же это был? – любопытство разжигалось всё больше.
Но речь гостя превращалась в неразборчивое бормотание. Он засыпал. Дыхание становилось спокойным. Царство сна забирало добычу.
– Что же мне делать? Чего ты ждёшь от меня? – спросил у леса Саввин.
Ответом была тишина и шелест деревьев. Он устроил старика поудобнее, собрал из лапника ему укрытие и караулил всю ночь, боясь, что пропустит его пробуждение и продолжение рассказа.
Глава 38. В карцере
Школа в Будущем. За месяц до выпуска
Обида и гнев душили Карлин. Она сначала ходила из угла в угол, потом дубасила стены кулаками, ногами. И отводила взгляд от письменных принадлежностей, которые принесла рисовалка. Энергия клокотала, а блокнот всё больше привлекал внимание. Карлин схватила его, сжала корешок, аж косточки побелели от напряжения. Но этого ей было мало. Она будто хотела выместить эмоции на бумаге. Взяла ручку и вдавила наконечник в самый центр белого листа. Со скрипом в зубах повела линию, царапая целлюлозную душу и зашипела, выпуская клокочущий внутри пар.
Чернила растекались, заполняя бороздки. Карлин же с каждой строчкой, с каждым словом успокаивалась. Дыхание из прерывистого становилось более гладким, почерк выравнивался.
– Да! Саввин! Я злюсь! А чего ты ждал? – кричала заключённая. – Хочешь узнать, что я об этом думаю? На почитай!
Блокнот впечатался в стену и упал, шелестя листами.
– Пик…
Карлин прислушалась. Показалось? Но в углу послышался шорох. Когтями? Кто-то пытался сделать подкоп? Воображение разыгралось, рисуя образ спасителя. Вот только сознание развеяло незаконченную картину. Какой идиот будет тратить время на неё? Судя по темноте за окном студенты давно уже спят.
Любопытство схватило Карлин за грудки и подвело к тёмному углу. Шевеление пробудило мурашек, но рука всё же протянулась и дотронулась до пушистой шёрстки.