Она заметила, что не всем гостям предоставили софы. Большинство из них сидели на небольших стульях у низких столиков. Не у всех было право лежать в присутствии императора.
Рабы стали разносить кубки и наполнять их вином. Ей прислуживала все та же молоденькая девушка, приведшая ее внутрь дворца. Снова заиграла музыка и все те же танцоры в прозрачных одеждах продолжили свое представление.
Слуги, закончив с вином, стали приносить и расставлять на столики закуски и горячие блюда. Среди них оказалось очень много различного мяса и рыбы. Гости ели, пили и веселились.
Выпив вина, Атилия, наконец, смогла успокоиться. Ее жених Антиной был молчалив, и совсем не обращал на нее внимание. Только взглянул несколько раз. Он тихо о чем-то беседовал с императором. А вот, супруга Адриана, Сабина рассматривала ее, не скрывая своего интереса. Недалеко от нее сидел один из родственников августейшего. Они также негромко что-то обсуждали.
Атилия смущалась. Она ела лишь закуски – крупные оливки и жареные грецкие орехи в меду.
- Очередной раз убеждаюсь, глядя на тебя, Атилия, какая ты истинная римлянка, - император обратил на нее внимание, - Ешь мало, и даже не притронулась к мясу. Я давно перестал узнавать римский народ. Когда-то он сложился из скуповатых крестьян и нетребовательных к еде легионеров. Они всегда обходились ячменем и чесноком. Лишь не так давно познакомились с изысканной кухней Азии. Самые лучшие яства жрут, как голодные мужланы. И это те, кто называет себя патрициями.
Император говорил, жестикулируя рукой.
- Они мешают соусы и специи не подходящие друг другу. От этого во рту создается отвратительная каша из вкусов и привкусов. Истинный аристократ из Антиохии – где я был наместником при Траяне, пришел бы в ужас от подобного обжорства и кощунства над блюдами. Получив доступ к разнообразию и обилию – они не могут научиться сдерживать себя. Я противник такого. Не люблю усложнять самое простое из наших удовольствий.
Сначала ей показалось, что Адриан говорил о ее покойном муже Луцие. Но потом она поняла – он имел в виду почти всех собравшихся на пир.
Император говорил громко, его бас перебивал окружающий шум. Гости, услышав эти слова, стали откладывать блюда с горами разной пищи. Их набитые рты замерли, перестав жевать. Они прислушивались к тому, о чем продолжал Адриан.
- В юности, живя в Греции, мы жарили рыбу прямо у моря. Нанизывали ее на прутики и подвешивали над костром. Как сейчас помню: почерневшая от огня, она хрустела на зубах. А приправой был песок, случайно на нее попавший. Еще смолистое вино и обсыпанный кунжутом хлеб, - августейший даже прикрыл глаза в воспоминаниях, и показывал в воздухе, как отламывал кусочки, - Люблю Элладу за простоту! Ты слышала, милая, я закончил строительство большого храма Зевса в городе богини Афины?
Атилия кивком – дала понять, что не знала об этом.
- Да. И не только его. Мы восстановили многие храмы.
Он взял кубок и отхлебнул.
- Мое любимое вино с острова Самос, на нем живут эллины. Ты пробовала его?
Ей вновь пришлось отрицательно мотнуть головой.
- Эй, виночерпий!
Возле нее, как из-под земли, возник юноша. Он протянул ей небольшой золотой кубок и наполнил его из кратера для смешивания.
- Слаще вина я не пил, - продолжил император, - О целебных свойствах его, говорил сам Гиппократ – знаменитый грек, целитель и философ. Советую закусить виноградом или фруктами. Только не мясом.
Атилия сделала глоток. Вино действительно оказалось очень сладким и приятным на вкус. Она улыбнулась и кивнула, глядя на августейшего.
- Сейчас все привыкли закусывать мясом. Ты видишь, сколько они его поглощают, - он обвел вокруг указательным пальцем, - Если бы это увидели их предки, жившие при древних царях, они бы поседели от ужаса. Семья какого-нибудь чиновника съедает за вечер столько, сколько они не ели и за всю жизнь. Я, когда заключал мир с парфянским правителем Хосроем, в его шатрах видел индийских аскетов. Эти люди, представляешь, отказались от мяса навсегда. Тогда с отвращением они отворачивались от дымящихся ягнят на вертеле. Иногда, я завидую такой выдержке.
Адриан снова сделал глоток. Гости продолжили потихоньку жевать, пока он не смотрел в их сторону. Атилию такое позабавило.
- Ко всему прочему, я тогда вернул царю Парфии его дочь.
Император опустил взгляд на столик перед собой, видимо полностью погрузившись в воспоминания.
- Обожествленный Траян в походе захватил ее и удерживал в заложниках. Завоеванные им земли так же пришлось вернуть. Империя, в этот раз, откусила слишком большой шмат, он оказался нам не по зубам.