— Эй, Оргус, — закричал голос из сада. — Оргус!
— Мы здесь! — крикнул другой голос.
Я продолжал настойчиво двигаться к конюшням.
— Ты все еще не насладился ею? — позвал кто-то. — Веди ее сюда! Приковывай ее с остальными! Ты еще сможешь позабавиться с ней в лагере, Оргус!
Я быстро шел по направлению к конюшням.
— Оргус! Оргус! — послышались крики сзади.
Я не останавливался.
— Мы готовы уходить! — звал чей-то голос. — Оргус!
— Это ты, Оргус?
Тут я отпустил волосы девушки и, схватив ее левой рукой за правую руку, бросился бежать. Я не сомневался, что сейчас они кинутся догонять меня и мою прелестную узницу.
— За ними!
Я почти тащил девушку за собой, держа ее за правую руку — она была правша. Я тоже правша. Таким образом, ее действующая рука была сжата моей, что делало ее более зависимой от меня, тогда как моя правая, активная и умелая, рука была свободна для применения. Стоит заметить, что этот прием применяется при использовании ручного поводка.
Я оглянулся. За нами бежали четверо мужчин.
— Быстрее! — крикнул я девушке.
Мы неслись вперед, спотыкаясь и дыша с трудом, достигли двери в питомник, и я ногой распахнул ее. Втолкнув женщину перед собой, я вбежал следом, хлопнул дверью и задвинул засов, забаррикадировав ее. Мгновение спустя я услышал, как рукоятки мечей застучали по двери.
— Нас поймают! — зарыдала она.
— Тебя поймают, а не меня, — ответил я, огляделся и взял два носовых ремня, применяемых для фиксирования челюсти новорожденных тарларионов. Один из ремней я засунул свернутым себе за пояс. Другим связал ее руки спереди, оставив конец, который можно было использовать в качестве поводка.
— Рядом! — приказал я ей.
Леди Флоренс задохнулась.
В дверь стучали. Я поспешил к люку в полу, через который сюда приносили новорожденных тарларионов по туннелю из инкубатора. Стекла на окнах тряслись.
— Остановитесь! — услышали мы.
Я тащил леди Флоренс за поводок на руках к спуску, ведущему в туннель. Мы слышали, как позади нас мужчины силятся открыть дверь. Раздался грохот разбиваемого оконного стекла.
— Торопись, пленница! — заорал я.
— Пленница! — вскрикнула она.
Примерно через пятьдесят ярдов я остановился в темноте туннеля. Как я и ожидал, люди не стали преследовать нас в темноте. Мы предположительно могли знать туннель. Они его не знали. Кроме того, я был вооружен. У меня на левом плече было снаряжение разбойника Оргуса.
— Принесите факелы! — услышал я чей-то крик.
Тихо засмеявшись, я потащил леди Флоренс на поводке в темноту туннеля.
— Я не твоя пленница! — сказала она.
Я обернулся.
— Ой! — Она налетела на меня в темноте. Я поднял ее, посадил к стене туннеля и скрестил ей щиколотки.
— Что ты делаешь? — прошептала она.
— Хочу связать тебе ноги, — ответил я, — для этого я использую свободный конец поводка. Потом я протяну его к твоим запястьям, так что ты не сможешь достать узел ни пальцами, ни зубами.
— Нет, нет!
— Почему нет? — спросил я.
— Они поймают меня, — объяснила леди Флоренс.
— Да, — согласился я.
— Не бросай меня здесь, — попросила она.
— Кто захочет женщину, которая слишком тупа, чтобы понять, что она пленница? — ответил я.
— Не оставляй меня здесь! — взмолилась она.
— Ты останешься здесь, как связанная глупышка, — сказал я, — чтобы стать пленницей других, которые наверняка будут проявлять меньше внимания к твоему уму.
— Я не тупая, — ответила леди Флоренс, отчаянно вырываясь, — я не глупышка. Я не безумная!
Я встал.
— Не оставляй меня здесь, — взмолилась она.
Я повернулся, чтобы уйти.
— Я знаю, что я — твоя пленница, — заплакала леди Флоренс.
Я остановился в нерешительности.
— Захватчик!
— Да, — согласился я.
— Пожалуйста, не оставляй меня здесь, — молила она, — возьми свою пленницу с собой.
— Ты пленница? — просил я.
— Да.
— Чья?
— Твоя. Твоя! — крикнула она.
— Это правда?
— Да. Ты знаешь, что это правда, зверь, — ответила леди Флоренс.
— И ты раньше это знала, не так ли?
— Да, — сердито ответила она, — я знала это раньше.
— Но только сейчас ты признала это, — сказал я.
— Да, — сердито согласилась леди Флоренс, — только сейчас я признала это.
Я засмеялся.
— Ты смеешься над своей пленницей? — просила она.
— Да.
Она закричала в ярости. Я снова повернулся, чтобы уйти.
— Пожалуйста, не оставляй меня здесь. Возьми свою пленницу с собой.
Я повернулся к ней лицом и увидел, как она жалобно задергалась в темноте.
— Ты умоляешь меня об этом? — спросил я.
— Да, мой захватчик.
— Очень хорошо.
Я освободил ее щиколотки от ремня, рывком поставил ее на ноги и потянул за собой. Она побежала за мной, тяжело дыша, неловко, поскольку ее руки были на привязи. Ее босые ноги мягко проваливались в землю туннеля. Мы пробежали с минуту и замерли.
— Почему мы остановились? — спросила леди Флоренс.
— Ты помнишь это место? — спросил я.
— Здесь темно.
— Здесь ты поймала двух рабов, занимающихся любовью в темноте, — проговорил я, — и сюда же ты однажды милостиво прислала мне рабыню, чтобы удовлетворить мои потребности.
— Давай поторопимся, — сказала она.
Мои руки были у нее на плечах. Внезапно я поднял их так, чтобы связанные запястья были у нее над головой.
— Нет, — проговорила леди Флоренс, — ты — животное!
— Разве ты не моя пленница?
— Я — твоя пленница.
— Думаю, я развлекусь со своей пленницей.
— Нет!
— Я докажу права германского захватчика на свою прекрасную пленницу, — провозгласил я.
— Животное, животное! — воскликнула леди Флоренс.
Я силой потянул ее вниз. Она оказалась лежащей на земле туннеля и тщетно пыталась вырваться.
— Ты с ума сошел, — сказала она. — Захватчики в туннеле. Их факелы приближаются!
Она опустила свои поднятые руки, связанные в запястьях, мне за шею и беспомощно поцеловала меня. Я поднял ее на ноги и потянул за собой в темноту.
— Они где-то впереди! — крикнул чей-то голос. Послышался звон оружия.
Мы припустились бежать.
Обнаженная женщина, моя прежняя хозяйка, бежала, спотыкаясь, позади меня. Я больше не держал ее поводок — он волочился за ней. Несколько раз я почувствовал, как она натыкалась на меня в темноте. Тогда я взял леди Флоренс за волосы и потащил рядом с собой.
27. Я СЛЕЖУ ЗА ТЕМ, ЧТОБЫ ЛЕДИ ФЛОРЕНС СЛУЖИЛА МНЕ
— Убери здесь, — велел я ей.
— Уже делаю, — сердито ответила леди Флоренс.
Она стояла на коленях, отвернувшись от меня. В руках она держала большую щетку, рядом с ней стояло ведро воды.
— Ты думаешь, они уже ушли?
— Да, — ответил я, — мы достаточно ждали. Такие люди должны вовремя уходить. Они не могут долго находиться в месте, где совершают разбой.
— Тогда мы совсем одни, — заметила она, — в моем поместье.
— На развалинах твоего поместья, — откликнулся я. — Дом и многие постройки сожжены.
Она всхлипнула.
— Продолжай работать, — сказал я ей.
— Да, Джейсон, — ответила леди Флоренс.
Я наблюдал за ней.
— Ты умный, Джейсон, — проговорила она, — я уже думала, нас схватят. И все-таки ты спас нас.
«Нет, — кричала она тогда, — нет! Это безумие!» Но я уже бросил ее на песок инкубатора и освободил ей руки. Потом я перевернул ее на живот, завел руки за спину, затем, скрестив щиколотки, подтянул их к запястьям и связал вместе. Затем я схватил ее, бросил в обгорелые поленья и золу очага.
Я засыпал ее песком, пока снаружи не остались только глаза, нос и рот. И тут я услышал, как люди ломятся в люк, ведущий из туннеля в инкубатор. Я быстро закрыл крышку люка на засов.
— Открой дверь!
Я побежал через сарай и ногой распахнул наружную дверь. Затем замел свои следы, ведущие к очагу. Я слышал, как наши преследователи стучат в дверь люка, пытаясь ее открыть. Оглянувшись на леди Флоренс, увидел ее полные ужаса глаза. Тогда я накинул на нее попону для тарлариона, быстро зарылся в песок рядом с ней и, когда люк уже трещал под ударами, накинул попону себе на голову.