— Это твои волосы? — не отвечая, задал я свой вопрос.
— Конечно. Зачем ты вырвал их у меня?
— Чтобы позже опознать тебя по ним, — объяснил я.
— Я не понимаю.
— Зачем ты солгала мне?
— О чем?
— О цвете волос новой рабыни.
— Я не лгала.
— Эти волосы кажутся тебе светлыми? — спросил я, показывая ей прядь волос, которую она только что признала своей.
— Нет, конечно нет.
— Это твои волосы, не так ли?
— Конечно, — согласилась леди Флоренс.
— Интересно.
— Что? — не поняла она.
— Эти волосы, которые ты только что признала своими, я вырвал несколько дней назад с головы загадочной «новой рабыни».
— Ты вырвал их у меня только что, — возразила моя бывшая госпожа.
— Нет, — я открыл левую ладонь, — вот прядка волос, которую я только что вырвал. Другую, спрятанную в тунике, я носил с собой несколько дней. Я достал ее оттуда, когда стоял за твоей спиной.
Я протянул ей обе прядки.
— Посмотри, они одинаковы.
Леди Флоренс побледнела.
— Приветствую тебя, новая рабыня, — сказал я.
— Приветствую тебя, — пробормотала она, испуганно глядя на меня.
— Приветствую — что?
— Приветствую, господин, — произнесла леди Флоренс.
Я повалил ее спиной на траву. Трава была высокой и скрывала нас.
— Что ты собираешься делать со мной?
— Взять тебя силой, как рабыню, — ответил я.
— Я только притворялась рабыней, — заплакала она.
— С этим притворством будет быстро покончено в лагере Теналиона, когда раскаленное железо прижмут к твоему бедру и когда ошейник сомкнётся на твоем горле, — заверил я.
— Убери руки! Что ты делаешь?
— Я готовлю тебя к рабству.
— Освободи меня!
Я ртом прижался к ее рту и ощутил ее губы, полные, влажные, на своих губах.
— Ни за что, — ответил я.
30. МЫ ПРОДОЛЖАЕМ НАШЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
Через несколько мгновений она, содрогаясь, встала на колени и опустила голову к моим ногам.
— Ты обошелся со мной как с рабыней.
— Ты — рабыня, — ответил я, — за исключением нескольких формальностей, которые скоро будут выполнены.
— Нет, — заплакала леди Флоренс, — нет!
— Начиная с этого времени и до того момента, как мы прибудем в лагерь Теналиона, — сказал я, — ты будешь вести себя как настоящая клейменая рабыня. Это поможет тебе привыкнуть к своему будущему положению. На самом деле это сможет спасти твою жизнь.
— Пожалей меня, Джейсон, — попросила леди Флоренс.
Я приподнял ее голову за волосы и присел рядом с ней.
— О! — воскликнула она.
Я дважды ударил ее.
— Разве рабыня смеет обращаться к своему господину по имени?
— Нет! — со слезами на глазах ответила моя бывшая хозяйка.
— Что нет?
— Нет, господин, — проговорила она.
Я отпустил ее волосы и встал.
— Боюсь, я никогда не буду в состоянии совершить переход от свободной женщины к рабыне.
Я рассмеялся над ее словами, и она сердито посмотрела на меня.
— На самом деле нет никакого перехода, который надо совершать, — заверил я ее.
— Почему? — удивилась леди Флоренс.
— Потому что ты — женщина. Поднимайся, — приказал я.
Полная ярости, со связанными руками, она встала на ноги.
— Повернись!
Она выполнила приказ.
— Ты считаешь, что необходим поводок? — спросила она. — Значит, меня поведут на рынок на ремне, как животное на привязи?
— Я использую поводок, когда стемнеет, — ответил я.
Использование поводков среди хозяев бывает разным. В некоторых случаях он нечто большее, чем простая привязь. Поводки часто используются для гордых, непокорных и непослушных девушек, чтобы прилюдно унизить их. После применения поводка бывшая упрямица часто сама просит хозяина разрешить ей следовать за ним по пятам, занимая четко положенное ей место.
Поводки обычно используются в городах. В этом случае непривязанная рабыня может доставлять неудобства. Также их употребляют в холмистых или покрытых лесом местностях, где рабыня, не будучи привязанной, может попытаться убежать. Не лишним оказывается использование поводка в местах, где девушку могут похитить. Следует заметить, что поводок, кроме своего удобства в отношении контроля за рабыней, является и хорошим учебным пособием, особенно если его использовать в качестве удавки. Многие инструкторы применяют его одновременно с плетью.
Рабынь нередко учат использовать поводок для усиления своей соблазнительности. Они могут забавляться с поводком, обвивая свое тело, беря его в рот, перебирая пальцами и так далее. Чтобы провести тест возможностей рабыни, работорговцы часто сажают девушку на поводок и наблюдают, как она, несмотря на видимое сопротивление и непокорность, подсознательно использует его для увеличения своей привлекательности. Это показывает, что в глубине души она не против того, чтобы оказаться на поводке у своего хозяина.
И в самом деле, довольно часто поводок приводит к пробуждению женской сексуальности. По-видимому, задачей таких вещей, кроме ограничения свободы движения, является стремление дать понять женщине, что она — животное, рабыня. Такие приспособления, как наручники, клеймо или ошейник, подсказывают ей, каковы истинные законы природы. Поводок, исключая даже важность его применения в обучении, оказывает огромное воздействие на женщину. Это очень простой путь убедить невольницу в том, что она — рабыня. Кроме того, поводок всегда может напомнить ей об этом. Некоторые девушки не могут поверить, что они рабыни, пока их не посадят на поводок. Но после того, как это сделано, у нее уже не остается сомнений. Некоторые девушки умоляют посадить их на цепь, иногда приползая к своим хозяевам, держа в маленьких прекрасных зубках поводки. Хозяева используют поводок по различным поводам. Горианская пословица гласит, что рабыня на поводке — это горячая рабыня.
— Итак, ты воспользуешься поводком, когда стемнеет, — сказала леди Флоренс.
— Да, — ответил я.
— Очевидно, ты не позволишь мне убежать, — заключила она.
— Именно.
— Позволь поторговаться с тобой за мою свободу?
— Двигайся дальше.
— Да, господин, — сказала она.
31. МЫ ПРОДОЛЖАЕМ ДВИГАТЬСЯ НА ЮГ
Стоял жаркий полдень. Солнце было высоко.
— На спину, — приказал я.
Леди Флоренс легла, и я овладел ею. Затем повернул ее на живот и развязал руки, стянутые за спиной. Потом перевернул ее на спину и, скрестив ей запястья, связал их спереди, опустив к животу при помощи ременной петли.
— На ноги, — велел я, — двигайся на юг!
— Почему ты связал мне руки таким образом? — спросила она.
— Потому что ты красива, — ответил я.
— Понимаю, — сказала леди Флоренс.
— Пошли.
— Да, господин, — ответила она.
32. Я НЕ СЛУШАЮ МОЛЬБЫ ЛЕДИ ФЛОРЕНС
— Я не думала, что у тебя хватит наглости посадить меня на поводок, — сказала она.
Мы расположились в небольшой рощице. Я лежал на спине и смотрел вверх на луны Гора, проглядывающие сквозь ветки деревьев. В темном небе горели звезды.
Леди Флоренс прижалась ко мне. Я снова связал ее руки и привязал за шею к дереву. Узел находился у нее под подбородком.
— Как же ты осмелился надеть на меня поводок?
— Я не понимаю тебя, — ответил я.
— Я ведь еще свободна, ты же знаешь.
— Да, — согласился я, — по закону.
— Я в ярости, — сказала леди Флоренс и поцеловала меня.
— Почему?
— Я свободна, — начала она, — а это так унизительно! Как будто я рабыня.
— Понятно.
— Я полагаю, поводок необходим из соображений безопасности пленницы, — заметила она.
— Я не думаю, что это необходимо, — возразил я, — но зато удобно.
— Удобно! — воскликнула она. — Ты привязал меня, потому что это удобно тебе!
Леди Флоренс поднялась на локте, ремень обвивал ее горло.
— Да, — подтвердил я, — но была и другая причина.
— Какая?
— Потому что ты такая хорошенькая на поводке, леди Флоренс, — объяснил я.
Она молча взглянула на меня.