Глаза Горацио округлились – два удивлённых серебристых озерца.
– На бокс? Необычный выбор для девушки.
– Да, знаю. Вы ничем подобным не занимались?
– Ох, нет, что Вы! – он натянуто засмеялся. – Я неплохо бегал, плавал, всегда был довольно ловким. Но что-то силовое и борьба – точно не моё. Мой опыт в драках ограничивается тем, что меня толпой лупили хулиганы-старшеклассники.
– Звучит грустно... Ну, а я хочу попробовать. Это красиво, и мне хочется... – она задумалась, подбирая слова. – Как-то выплеснуть кое-что, что во мне происходит. И... научиться защищать себя. Хотя бы физически.
– Небезнадёжно, – одобрил он. – Ещё по коктейльчику?
В остаток вечера ей достался очаровательный розовый коктейль, подающийся с куском сахарной ваты, похожей на облачко, – «Единорог»; а Горацио – «Королевские почести» – золочёный кубок, завёрнутый в красную мантию, подбитую горностаем. Ей – «Круг фейри», кипящий и дымящийся золотистый напиток в большом искусственном фонаре, в окружении фигурок фей и эльфов; а Горацио – алый, вязкий и таинственный «Вампирский экстаз», присыпанный пеплом и специями. Время намекало, что пора закругляться, – но Алиса впервые за последние месяцы почувствовала себя более-менее живой.
– Спасибо, что не задали самый тупой вопрос, который только возможен, – сказала она перед выходом, когда Горацио помогал ей надеть пальто. – Потому что мне его теперь задают довольно часто.
– Какой вопрос? – икнув, уточнил он.
Алиса поморщилась.
– «Каково это – спать с НИМ?»
Глава первая. Эпизод третий
***
На следующий день
Первые недели зимы укрыли город пуховым покрывалом – деревья, дома, машины под медлительным снегопадом превращались в сказочные белые изваяния. Алиса шла домой из “Terra Incognita” по привычной ранней темноте, глядя, как снежинки кружатся в свете фонарей, а с ветвей корявых вязов в скверике у гимназии стекают бледно-синие огни – как всегда, центр Гранд-Вавилона рано начал прихорашиваться к Рождеству. Золотые светодиодные перья свисали с фонарей вдоль дороги; неоновые веера, звёзды и полумесяцы сияли впереди, разбегаясь по стенам торгового центра. Влажный снег уютно похрустывал под ногами. Припозднившиеся старшеклассники выходили с дополнительных занятий; мимо прошли две подружки, увлечённо болтающие о каком-то аниме. Одна из них пила холодный кофе из жестяной баночки, с которой улыбался имбирный пряничный человечек.
Телефон завибрировал. Невольно вздрогнув (хотя нет – сегодня среда, а по средам он всегда с Ви; он точно не позвонит), Алиса взяла трубку.
– Алло?
– Мисс Райт, прошу прощения, Вы, наверное, уже ушли. – (Низкий, по-деловому сухой голос, покашливание в конце – будто бы недовольное. Алиса замерла у запорошенного снегом козырька автобусной остановки. Герр Штакельберг. Он никогда лично не звонил ей). – Это Штакельберг, мой личный номер. Видите ли, у меня есть для Вас предложение о сотрудничестве.
– Д-да... Слушаю.
– За то время, что Вы у нас, Вы зарекомендовали себя как прекрасный сотрудник – талантливый и исполнительный. Я бы хотел видеть Вас в научном коллективе своего гранта как переводчика-исследователя. Планируется работа с черновиками итальянских авторов эпохи Рисорджименто – Мандзони, Леопарди, многими другими, известными и, так скажем, не первой линии. Не знаю, предстоят ли командировки – но скорее нет: если мы выиграем грант, итальянские библиотеки, вероятнее всего, любезно предоставят нам скан-копии. Вам это было бы интересно?
Было бы интересно МНЕ? Чёрт, о чём тут вообще спрашивать!
– Да... Да, конечно, – выдавила она, переминаясь с ноги на ногу. На остановке толпился усталый народ; от ларька с хот-догами неподалёку заманчиво пахло сосисками с горчицей и кетчупом. – Почту за честь. Спасибо, что пригласили. Что от меня требуется?
– Мой секретарь напишет Вам на e-mail, вышлет анкету – заполните, пожалуйста, свои персональные данные, сведения об образовании, исследованиях, публикациях, – будто бы чуть потеплевшим голосом проговорил герр Штакельберг. – Как-нибудь в течение декабря ещё встретимся с Вами лично – всё обсудим. Что ж, буду ждать, всего Вам доброго, мисс Райт!
Ещё не отойдя от шока, Алиса попрощалась и побрела дальше – к метро. Это чудесная новость – да что там чудесная, потрясающая, удивительная, невероятная! Раньше она захлестнула бы её волной восторга. Герр Штакельберг – литературовед, культуролог и компаративист мирового уровня, и работать в его личном гранте, под его началом, с рукописями таких авторов... Многие были бы готовы заплатить за то, чтобы просто увидеть эти рукописи – а ей будут платить за работу с ними. Ещё пару лет назад она и мечтать о таком не могла.