Шлем на Катуриксе был гладкий, без полей и без гребня — голое железо с двумя узкими прорезями. Он скрыл и рыжие волосы, и лицо. Остались на виду щит в человеческий рост и клинок в локоть длинной. Метку Катурикс то и дело переступал, песок рядом с ним был истоптан уже в радиусе двух шагов.
Второй гладиатор вышел следом за Катуриксом. Шлем он нёс на сгибе руки. Лет тридцати пяти, массивный, с шеей борца, с сединой в щетине на голове. На гребне его шлема красовалась рыба — металлическая, с приподнятым хвостом.
Седовласый боец посмотрел себе под ноги. Прошёлся по своему пятачку, попробовал плотность песка подошвами сандалий. Носком сандалии провёл на песке черту. Подвигал плечом, дважды присел на левой ноге, проверяя поножу. Посмотрел на Катурикса — и опустил взгляд на песок.
Я окинул взглядом его вооружение. Щит — от подбородка до голени. Короткий клинок в три пальца шириной. Металлический наруч справа, от кисти до плеча. Поножа на левой ноге. Правая голень — в тряпичной обмотке. Большой щит и короткий меч — Спикулов набор, я знал его наизусть.
Человек в тоге сошёл на песок и провёл большим пальцем по обоим клинкам. Кивнул и ушёл к лестнице. Перед боем Ворона на этом движении замолчала вся чаша. Сейчас наверху всё так же делили воду и звали детей.
Заиграли дудки — вяло. Мурмиллон надел шлем; рыба на его гребне поймала последние солнечные лучи, ярко блеснула. Судья развёл бойцов палкой — показал каждому его метку — и отступил. Дудки замолчали. Палка рубанула воздух. Я чуть подался вперёд.
Катурикс бросился в бой. Ударил сверху, от плеча, вложился в удар всей массой, с уханьем. Похожими ударами он бил по моему щиту на тренировке.
Мурмиллон поднял щит — громыхнуло — и шагнул вперёд. Толкнул щитом в щит Катурикса, окованной шишкой, которая торчала в центре. Щит Катурикса загудел.
Снова шаг. Толчок.
Катурикс ударил от другого плеча — мурмиллон встретил меч углом щита и шагнул снова. Громыхнуло.
Третий замах Катурикс оборвал сам: чужой щит уже стоял у самой его груди. Он отскочил вбок — для замаха. Рубанул по верхней кромке — от щита брызнули щепки. Тут же присел и рубанул понизу, под щит.
Мурмиллон опустил кромку, поймал удар в древесину, толкнул щитом опять. Бил он без замаха, в одно и то же место — в середину чужого щита. Под нашей скамьёй мерно отдалось: бух.
Бух.
Катурикс замахнулся… попытался замахнуться.
Мурмиллон лишил его пространства для замаха — бух. Катурикс попятился. Пятками пропахал в песке две борозды.
Мурмиллон прошёл вперёд.
Бух.
Катурикс отступил.
На седьмом шаге оба пересекли тень от обода амфитеатра — сначала один (спиной), за ним второй. Зрители подо мной захлопали было в такт их шагам. Но бросили это занятие на пятом хлопке.
Моя пятка уехала под скамью. Я вдавил её в камень.
Катурикс размахнулся — занёс клинок себе за спину. Мурмиллон шагнул внутрь замаха и ударил щитом — в грудь противника.
Катурикс будто бы сломался, сел на песок. Тут же сдвинулся назад: сидя. Резво засучил по песку ногами.
Секунду чаша молчала. Потом высокий голос хохотнул. Хохот подхватили рядом с ним, затем через ряд. На третьем вдохе засмеялась вся воронка амфитеатра — с раскатом, со всхлипами.
Смех прокатился по ярусам. Он то стихал, то усиливался, едва Катурикс снова шевелил ногами. Рядом ниже меня старик с разбитой губой смеялся, придерживая губу пальцем. Мальчишка впереди повалился от хохота на плечо соседа.
Я взглянул на наших ветеранов. Нумид задумчиво глядел поверх круга арены, на дальний клин зрителей. Ветеран за ним изучал собственные колени. Молодой галл рядом со мной хмурился, смотрел в небо.
Внизу Катурикс поднялся — рывком, через перекат. И пошёл по кругу. По широкому радиусу, вдоль барьера. Махнул клинком по воздуху — до мурмиллона оставалось шага три недолёта.
Мурмиллон стоял, опустив щит на землю. Поворачивался на месте.
Остриё меча Катурикса ходило вверх-вниз. Катурис словно дирижировал. Но к мурмиллону не приближался — грозил издали.
Судья догнал его и стукнул палкой по щиту: работай. Катурикс шагнул к мурмиллону — и опять отступил в сторону, пошёл по дуге.
Судья пристроился сзади него и повёл его палкой, подталкивая под кромку щита. Катурикс прибавил шагу — по кругу, не приближался к противнику.
Пошёл на второй круг. Мурмиллон поворачивался на месте. Судья оглянулся на навес. У бокового прохода зашевелились.