— Мастер не покидал свой дом уже больше пяти лет, — шепчет она в ответ, и у меня отвисает челюсть. — Цени это.
И теперь куча народа, уставившаяся на нас, приобрела совершенно иной смысл. Теперь я понимаю, отчего все вокруг так удивлены.
— Я договаривался о бое, — спокойно говорит Мастер, вытряхивая из своей трубки содержимое прямо на землю. — Вы приготовили его?
Оба гладиатора тут же свалили. Здоровяк побежал куда-то к другому выходу. Туда же направились еще трое здоровяков. Затем еще двое.
— Будет весело, — говорит Мастер, забивая трубку по новой. — Давненько я не смотрел на подобное.
— Будь осторожен, — я чувствую прикосновение массивной ладони Алиме. — Я на тебя поставила — не подведи меня!
— А я поставил против тебя, — поджигая трубку говорит Мастер, — так что дучше меня не подведи.
И на Арену выводят его — огромного, в метра три с половиной ростом, начинающегося как лев, но с головой белого орла, огромным клювом и громадными крыльями… грифона.
Я чуть было не опорожнил свой мочевой пузырь, глядя на то, как шестеро здоровяков пытаются удержать его цепями. Мастер толкает меня вперед, но я пячусь назад.
— Яйца вырву, — спокойно говорит он, и я понимаю, что угроза не пустая.
— Я не смогу с ним драться! Вы прикалываетесь?!
— Сможешь, — спокойно говорит Мастер и блаженно затягивается. — С Арены уйдет лишь один из вас. Я купил этого грифона, и либо буду тренировать дальше тебя, либо займусь грифоновыми боями. В зависимости от того, кто останется дышать после боя.
Он сверкнул своим единственным глазом, и Алиме передала ему меч. Красивый и блестящий. В золотых ножнах, с драгоценным камнем в эфесе.
— Если убьешь грифона, оставишь его себе, — произносит Мастер и протягивает мне клинок. — Бейся им или продай. Мне все равно. Но… если помрешь… я заберу меч назад, не обессудь.
Я сглатываю, извлекая меч из ножен.
Он просто потрясающ. На его лезвии — изумительной работы гравировка в виде дракона. И рукоять тоже выполнена в том же стиле. Его гарда — словно раскинутые перепончатые крылья.
— У меня есть шанс? — спрашиваю я, глядя на Мастера.
Тот пожимает плечами.
— Есть, Маркус, — обещает Алиме, и Мастер смотрит на нее с неким скепсисом.
— Кажется, нет, — предполагаю я, и Мастер улыбается. Как-то издевательски.
— Шанс — это лишь слово, — говорит он, — порожденное неуверенностью слабых и верой в себя тех, кто чего-то да стоит. Но вот ты… чего-нибудь стоишь?
И я поворачиваюсь.
Извлекаю меч из ножен, возвращаю их Алиме. Делаю глубокий вдох и шагаю к монстру, все еще скованному цепями.
— Он точно труп, — слышу голос Мастера. — Зря ты на него поставила.
— Нет, — твердо говорю я, стиснув зубы, — не зря.
И делаю шаг вперед.
***
Когда здоровяки отпускают цепи, моя вера в себя куда-то мигом улетучивается, и я хватаюсь за меч обеими руками.
Здоровяки сломя голову бегут к трибунам, а грифон издает громкий рев. Смотрит на меня, встает на все четыре львиные лапы и отбрасывает песок назад задними, словно готовясь взять разгон.
— Мамочки, — пищу я, ощущая, как трясутся ноги.
— Ты что, лоботряс, думал, что они его весь бой держать будут?!
И тут грифон взмывает в воздух. Сначала вверх, а теперь несется на меня.
Черт…
Как он вообще понимает, что именно я его цель?!
— Он что, надеется, что грифон упадет и разобьется? — снова слышу голос Мастера.
— Не мешайте мне сосре…
Я едва успеваю отскочить в сторону, когда грифон пикирует на меня, пытаясь цапнуть клювом. А когда я встаю, птичка уже вовсю мчится уже по земле. Я вижу, как он отрывается и прыгает. Ухожу в сторону и бью мечом. Слышу, как что-то хрустит…
…и раздается громкий рев. Поднимаюсь с земли, оборачиваюсь. Задняя лапа чудовища в крови.
— Я ранил его, — шепчу я.
— А если можно ранить, то можно и убить, — снова голос Мастера.
Крепко сжимая меч, я несусь на грифона, издавая громкий крик.
Птичка обращает на меня внимание и оценивающе смотрит.
Я понимаю, что удар не пройдет, но решаю все же завершить начатое.
Вот только совершенно не ожидаю резкого прыжка, с которым грифон набрасывается на меня. Пытаюсь уйти в сторону, но его лапа вспахивает мое плечо, и я слышу, как с чавкающим звуком и жутким хрустом рвутся связки.
Лежа на земле, вижу, как выглядывает головка плечевого сустава, и меня начинает тошнить. Правая рука не двигается и адски болит. Меч — где-то под ногами грифона, который словно готовится к очередному прыжку.