– Демон с тобой, – согласился Лар, отсчитывая монеты. – Учти, что мы спешим, так что не ленись работать кнутом.
Кучер не слез с козел, поэтому не увидел, как они, бросив копья, садились в экипаж, и не узнал, что везёт гертов. Когда закрыли дверцу, он взмахнул кнутом, и лошади резво побежали по ровной брусчатке. К удивлению Сергея, колёса при езде почти не шумели, больше шума было от лошадей. Экипаж слегка раскачивался, и слабую тряску не чувствовали из-за мягких сидений.
– Не скажете, как вам удалось бежать? – спросил Сергея осмелевший Лар. – Я не слышал и нигде не читал о том, что были удачные попытки. И почему вас так мало?
– Остальные отказались бежать, и мы заперли их в казарме, – ответил парень. – Вы не могли бы поспособствовать, чтобы их не наказывали? Они не могли нам помешать или как-то предупредить охрану.
– А почему вы о них беспокоитесь? – удивился он. – Там были одни земмы или ещё и герты?
– Я не отношусь с презрением к земмам только на том основании, что они от нас отличаются, – ответил Сергей. – В казарме остались земмы, но мне будет неприятно, если они из-за нас пострадают.
– Ничего не могу обещать, – сказал Лар. – У нашей семьи много власти, но не над чужой собственностью. Решать, наказывать своих рабов или нет, будет их хозяин. Если он пострадает, то постарается на ком-нибудь отыграться. Вас уже не схватят, поэтому я думаю, что их казнят.
После разговора ехали молча до самой заставы. На выезде из столицы дорогу перегораживала рогатка, с которой должны были управляться трое находившихся в караулке солдат. Они услышали шум экипажа и, разобрав копья, вышли из домика.
– Почему так поздно? – недовольно спросил один из них кучера. – Куда тебя несёт ночью? В такую темень не ездят даже разбойники.
– Я тоже не рвался в эту поездку, – раздражённо ответил не склонный шутить кучер. – Открывайте рогатку! Со мной едет сам сын главы сената!
– А может, сам глава? – заржал другой солдат.
– Мне придётся выйти, – тихо сказал Лар бывшим гладиаторам. – Если этого не сделаю, они проверят экипаж и увидят, кого я везу. Не будьте такими подозрительными, куда я отсюда убегу? Эти солдаты не помешают вам воткнуть в меня кинжал.
– Пусть идёт, – сказал Сергей схватившему пленника за руку Лансу. – Лучше не доводить до драки, а он бегает не быстрее кинжала.
– Вам что было сказано? – сердито закричал на солдат соскочивший с подножки экипажа Лар. – Я должен сам открывать вашу рогатку? Если хотите, чтобы начальство завтра обработало ваши задницы...
– Как же так, блистательный?.. – растерянно спросил старший из солдат. – Ночью покидаете столицу и без эскорта... А если что-нибудь случится?
– Со мной охрана, – снизошёл до объяснений Маррой, – и еду я только до постоялого двора. Всё остальное не вашего ума дело! Освободите дорогу!
Солдаты бросили копья и побежали к рогатке, а Лар вернулся в экипаж.
– Как видите, я с вами честен, – сказал он Лансу. – Надеюсь, что не буду в этом раскаиваться.
Покинув город, два часа ехали по едва видневшемуся тракту. Шагов на тридцать по обе стороны от него были вырублены деревья и кусты, а дальше чернел лес. Показавшийся по правую руку постоялый двор был огорожен высоким забором из-за которого выглядывала крыша большого здания.
– Стой! – крикнул кучеру Ланс, открыл дверцу и спрыгнул на дорогу. – Выгружайтесь, парни, дальше пойдём пешком. Сергей, не забудь забрать у патриция кошелёк.
– А как же лошади? – не понял Сарк.
– Я и сам не пойду на постоялый двор, и тебя не пущу. Честность нашего пленника из-за страха за свою жизнь. Боюсь, что, когда он очутиться за забором, страха станет меньше. Есть и ещё один момент. Наверное, ты хорошо ездишь на лошадях, а мы видели их только на картинках, поэтому не будет скачек. А если ехать шагом, то я лучше пойду пешком. Без лошадей намного меньше мороки. Нам придётся прятаться в лесу, а в нём с лошадьми далеко не уйдёшь. И с кормлением будут сложности.
– Я мог бы заходить на постоялые дворы и покупать овёс, – предложил Сарк. – Ладно, ты прав. Если вы не умеете ездить на лошадях, они будут только мешать.
– Никуда ты не будешь заходить, – сказал Сергей. – Может, Лар и не собирается нас ловить, но в столице найдутся желающих содрать с нас шкуры. Бежать можно только по тракту, поэтому по нему пошлют гонцов, а со сменными лошадьми они через два дня будут в Парме и на каждом постоялом дворе оставят твоё описание.