– Повезло, – сказал Николай. – Я за вас рад. Может быть, найдут ваших мужа и дочь. Если изменится отношение к людям, я тоже подумаю о том, чтобы создать семью.
Дворец герцога Дарга Ригора ничем не уступал королевскому, и у собравшихся в нём герцогов Лейва Дигора и Бруна Мерана дворцы были не хуже. Эти первые после короля земмы Таркшира сидели в большой, роскошно обставленной комнате, которая из-за обилия кустов и карликовых деревьев напоминала зимний сад. Они никогда не ездили друг к другу без своих магов, и эта поездка не стала исключением, но из-за секретности разговора магов оставили в соседнем помещении.
– Кирем Дихар говорил с каждым из вас, – сказал хозяин. – Хотелось бы узнать, что вы решили. Если мы не поможем Каргелу...
– А почему мы должны ему помогать? – спросил Лейв, который был на двадцать лет старше своих собеседников. – Я разговаривал с патрицием и был обеспокоен тем, что от него узнал, но собственные интересы для меня важнее интересов его сената. Мы нужны Каргелу только для ослабления королевской власти. Если Таркшир падёт, мы исчезнем. Неужели вы думаете, что патриции будут придерживаться договорённости с проигравшими? Среди них найдётся немало желающих забрать себе наши богатства и земли!
– Патриции хотят захватить только Дикие земли, – неуверенно сказал Дарг. – И потом вы не учитываете Парму.
– В отличие от вас, я учитываю всё! – отрезал Лейв. – Вы знаете только то, что вам рассказал Кирем, а я не удовлетворился его рассказом и послал своих земмов и в Парму, и в Каргел. Патриции и купцы любят золото, и не у всех его много. Пришлось изрядно потратиться, но теперь я знаю то, что неизвестно вам!
– Может, вы поделитесь с нами своими знаниями? – спросил Брун.
– Сенат удвоил армию, и всё делали так, чтобы об этом не узнали купцы. Эти силы не для войны с Пармой, а для её сдерживания. Патриции надеются, что такое преимущество позволит захватить Дикие земли. Сказать, сколько мы просуществуем, если они так усилятся и станут нашими соседями?
– Это лишний повод для того, чтобы им помочь, – сказал Дарг. – Заключить договор...
– Договоры соблюдают с сильными, вашим они подотрутся, – перебил его Лейв. – Я не всё сказал. В Парме знают о планах сената и не собираются их терпеть. Они уже давно создают какое-то оружие, используя для этого своих гертов. Мои земмы не смогли выяснить, что это такое, но вы знаете о том, что герты с помощью огня разбили армию короля Хоша.
– Но их уничтожили, – возразил Дарг.
– Их разбили из-за склоки, – сказал Лейв. – И в войне участвовали армии трёх королевств и Каргела. Если такой же огонь будет у армии Пармы, купцы могут рискнуть потягаться с патрициями.
– Пусть дерутся, – высказался Брун. – Кто бы ни победил, мы будем в выигрыше.
– Победитель ослабнет только на время! – рассердился Лейв. – Потом он станет многократно сильнее! Нельзя жить сегодняшним днём, нужно хоть немного думать о будущем!
– И в чём, по-вашему, выход? – спросил Брун.
– Я не больше вас люблю Лея, но выход в укреплении его власти! Король тоже использует гертов и вскоре создаст своё оружие.
– Его в первую очередь используют против нас! – буркнул Дарг. – Кирем...
– Если вы ещё раз сошлётесь на патриция, я сразу уеду, – сказал Лейв. – Вы предлагаете нам выступить против короля и разрушить городок с гертами. Вместе мы сильнее, и это может получиться. И что дальше? Кто будет королем?
– Кого-нибудь выберем, – отведя взгляд, ответил Дарг.
– Под этим «кем-нибудь» вы подразумеваете себя? Хорошо, допустим, что мы не передрались, а выбрали, пусть даже вас. И вы будете терпеть таких сильных слуг? Мы ничего не выгадаем, только ослабим королевство.
– И как вы будете укреплять власть Лея? – спросил Брун.
– Я с ним поговорю, – ответил Лейв. – Если Лей подтвердит мои привилегии, я отдам ему половину своих бойцов. Я больше не буду угрозой трону и ничего не потеряю, наоборот, буду меньше тратиться на дружину.
– А если на вас нападёт кто-нибудь из нас? – ехидно спросил Дарг.
– Будете иметь дело с усилившейся королевской армией, – с таким же ехидством ответил Лейв. – Одна из привилегий – это защита королём наших владений. Раньше в этом не было необходимости, поэтому вы забыли. Может быть, забыл и король. Ничего, я ему напомню.