13
Я вновь прервал бесцельным отступленьем
Блаженных рифм несущийся галоп
И может быть безвольным поведеньем
Тем породил безумность этих строк,
Но, Боже мой.... Ах, если б мог
Я прикоснуться сам к священной тайне
В блаженстве нег любви сорвать цветок
И для неё не быть уже случайным.
14
Нет, нет ещё одно мгновенье,
Пусть сменит слог свой безудержный такт,
И захлебнусь в строках я пробужденьем,
Задев ногой все чувственности лаг....
Начну уже, пожалуй.... Так....
Однажды, дело было летом,
Когда оделся лес в свой золотистый фрак,
Когда претит листва всем городским поэтам
15
Повергнут в прозы стихотворный такт,
Когда всех птиц небесные мотивы
Не ждут людей, ненужных им наград.
Что ж лиры осенью ленивы,
Но так прекрасны и игривы
Прохладой трогают лицо
Так нежно, даже похотливо,
Но Яну это всё равно.
16
Его душа любовью не горела,
Он рад прервать был чувственный покой,
Со страстью биться не простое дело
Как плоть ласкать послушною рукой,
Нет, никогда не стать ей в жизни той,
Которая в груди всё разбудила,
Своей душевной красотой
И эти строки оживила.
17
Он встретил давнюю мечту
В порыве сладкого волненья,
Он в ней увидел красоту
И негу плавного движенья.
В минутах нежились мгновенья
Какой-то звёздною стихией,
И оклик ветром дуновенья
Её назвал Анастасией.
18
Его страсть нежностью не смела
Приблизить чувственности глаз,
Вдруг ощутить упругость тела,
Внимать бессмысленности фраз.
О нет, пусть только лишь сейчас
Замрёт на миг шальное время.
Мой Ян искал так долго вас,
Так музы вставьте ногу в стремя.
19
Он шёл за ней, как за волшебной тайной,
Он всякий миг клянул себя за то,
Что к этой девушке печальной
Он подойти не мог.... Но кто,
Скажи, мой друг, впервые кто,
В любви столкнувшись резко лбами,
Вкусить любовное вино
Способен страстными устами?
20
Но здесь к любви мечты его летят,
Хоть жажда зла его дух одолела,
Хоть тело требует наград
За ощущение предела....
Им страсть безумством овладела,
Он уж не мог на зло ответить злом,
Любовь сыграть теперь с ним захотела,
Смыкая дни отчаянным трудом.
21
Любовь... А что это такое?
Судьбы поваренная соль,
Быть может счастье, вскормленное в горе,
Быть может сердца чувственная роль?
Но кто из нас придумал эту боль,
Где шанса нет теперь уж на взаимность,
Где ты в страстях совсем как полный ноль,
Что жизнь твоя не требует интимность?
22
Любовь жадна до царственной свободы,
Но всё меняется для всяческих людей;
Меняют быт и ценности народы,
И блеск слегка обузданных идей
Среди грядущих вдохновлённых дней
Меняет облик похотливой моды,
Мы не печёмся, не грустим о ней,
И это нам даёт любви иной все всходы.
23
Мы бьёмся за любовь, но в меру своих сил,
Она нам платит тем же, без сомненья,
Мы не всегда в любви остатки жил
Рвём в неге страстного волненья.
Нередко требуем решенья
Своих безудержных проблем.
Любовь стара, и здесь её влеченья
Давно уж дали похотливый крен.
24
Я вновь предал неясным размышленьям
Свои стихи и музыку ночей
Бесцельным, праздным развлеченьям,
Но небо нежных дочерей
Среди часов и тошнотворных дней
Мне посылало словно миг спасенья.
О, Музы, лирами сильней
Вдыхайте в строки вдохновенья.
25
За труд здесь свой я не прошу наград
Внемлите сердцу сладкие напевы
Я вам безумно, непритворно рад.
О, вы, сих лир крылатых девы
Откройте мне свои пределы
О, строфы, строфы, неподкупных глав
Скажите мыслям рваным, где вы,
Знаком мне строгий ваш устав.
26
Итак, я здесь среди своих героев,
К Анастасии слогом поспешу,
И словно фабрику изгоев
В строках незримых опишу,
Прильну к другому падежу,
Ведь в дамах чувственность иная,
Я по себе всегда о них сужу,
Поэтому и страсть средь строк плохая....
27
Хореография балетных школ
Хранит в себе и труд, и состязанье,
Но тем нередко сеет произвол,
Когда к тебе не вдруг стремит вниманье
Преподаватель; тешит в замечанье
Твои огрехи, скованность движений,
Когда упорство и старанье
Рождает сложность отношений.
28
Подруги в зависти надменной
Таят..., ведь каждая подвох
И местью ложно-вдохновенной
Читают злобу между строк,
Мой стих в строфе уж изнемог,
И мысли мечутся устало,
Я рассказал вам, если б мог,
Что взял мой слог здесь за начало.
29
Анастасия - ангел совершенства,
Она с рожденья им была
И негой этого блаженства
Была сильней земного зла,
Но разве думалось тогда
О том, что с миром плоть связало,
Что маску солнца иногда
Несчастье в жизни одевало....
30
Отец её покинул в детстве,
Мать тяжело была больна.
Мне говорить здесь о наследстве...?
Скажите, в чём её вина?
Ей раньше чудилось всегда,
Что в жизни главный свой билет
На все в мир счастья поезда
Подарят дар и трудность лет.
31
Прохладность, сырости квартир,
Весь этот неуютный быт
В себе таили новый мир,
Где духом всякий будет сыт.
Но что в себе тогда таит
Тряпьём покрытый старый пол,
Где героиня наша спит,
Где коммунальный произвол:
32
С утра гремит назойливый будильник,
Прервав отрадный, сладкий сон,
Сосед включает кипятильник,
Сортир журчаньем сеет звон,
Соседки крик рождает стон,
Её брань снова будит мужа,
Вот бледный чай уж вскипячен,
Придётся ремень сделать туже.
33
А вечера, ох, вечера….
Друзья мои, ах, если б знали
Что было здесь у нас вчера,
Глаза б и уши завязали.
Соседи с кем-то выпивали
Гремели, бегали по кругу,
Так бурно ночью отдыхали,
Что в кухне били всю посуду.
34
К утру их крики не смолкали,
Что ж дело движется к беде,
От шума люди уставали,
Ну и звонили в ОВД.
Но отдых в хрупком, нервном сне
Усталость дня не поглощал,
Быть может, по моей вине
Слог бой вновь ночью предвещал.
35
Я знал таких людей, о, Боже,
Меня не мучает вина,
Жизнь дни бессмысленно итожит,
И я теперь схожу с ума,
В рассудок просится зима,
Её дыханье холоднее,
Чем вечность вхожая в снега,
Она мне с каждым днём роднее.
36
Мои стихи и песни справедливо
Носили чёрное клеймо,
Я их отчётливо и живо
Менял на крепкое вино,
Не сознавая одного,
Что люди всуе серых стен
Не жаждут видеть ничего
И так боятся перемен.
37
Я вновь отвлёкся.... Между тем
Хозяин комнаты напротив,
Устав от суеты проблем,
Продать жилплощадь уж не против.
Его грядущий день заботит,
Что проведёт он весь в делах,
Которые он в хмеле топит
Дрожаньем стопки на руках.
38
Ребята бравые не промах,
Зачем платить им за жильё?
В их душах чёрствых костоломов
Меняют всякий день бельё,
Их ни в театры, ни в кино
Ходить, мой друг, ты не заставишь,
Для них слова - добро и зло,
И вряд ли в строфах их исправишь.
39
Да Бог со всеми, можно б было
Закончить этим здесь рассказ,
Но утаишь ли в куртке шило,
Хотя б единый в жизни раз.
Я огорчу должно быть вас,
Взяв эти строки за начало,
Но вдруг, вот именно сейчас
Мать *настасии угасала.
40
Она лишь дочерью жила,
В груди имея тень сомненья,