Наверное, хотели сразу же запугать вновь прибывших и подчинить их своей воле, чтобы не повторять ошибки прошлого, когда не «построили» вовремя нашу партию. Почти все «салаги», в конце концов, в страхе вынуждены были подчиниться, а самодовольный Тирон сидя прямо на обеденном столе, буквально упивался своей властью… Решительно заупрямился лишь только тот самый рослый парень, которого я принял за бывшего воина. Он отказался разбить лицо худощавому, долговязому новичку и оттолкнул от себя одного из ветеранов. Тогда они решили основательно его «отделать», чтобы другим не повадно было. Я видел затравленный взгляд парня и вспомнил, что и сам когда-то оказывался в его шкуре на первом курсе училища, когда пьяные старшекурсники решили меня «поучить». Мне тогда, в конце концов, помогли, вот и я решил не оставаться в стороне.
— Non, Tiron! — крикнул я и встал перед парнем.
Не ожидавшие такого развития событий, ветераны в нерешительности остановились. Очевидно, что после той трёпки, что я задал их лидеру, они теперь не спешили связываться со мной. Но их было много, а я один. Видя такой расклад, Тирон ухмыльнулся и кивнул своим дружкам. Те подняли свои палки и двинулись на меня, ожидая схватки. Но у меня был другой план. Хотя я ещё плохо говорил, но надеялся, что они меня поймут.
— Voles sanguis? (Хочешь крови?) — крикнул я Тирону.
А затем, неожиданно для всех, саданул что есть силы, прямо по стене, совсем рядом с головой ближайшего ко мне старожила. Мой кулак просвистел в считанных сантиметрах от его физиономии. «Саричок» аж отпрянул от неожиданности. Чёрт! Стена оказалась твёрдой и шершавой. Было больно и неприятно. Я разбил себе костяшки в кровь. Но это и был мой план. Подскочив к долговязому новобранцу, я отстранил молодого воина, а затем быстро перепачкал лицо «жертвы» своей кровью из разбитой руки. После чего, повернулся к Тирону и его дружкам.
— Вот — видишь?! Доволен? — гаркнул я Тирону, не очень заботясь о том, насколько он меня понимает, — Sanguis! Так ведь? Ты получил, что хотел. Теперь, оставь парня в покое.
Я в возбуждении говорил по-русски, но понять меня было не сложно. Все наши «элитны», да и сам их главарь, похоже, опешили от такого моего хода. Этого тут никто не ожидал. И, надо сказать, мой поступок произвёл эффект. Ведь требование было выполнено! Хоть и таким необычным способом. Я заметил удивлённые и уважительные взгляды даже среди ветеранов. Похоже, где-то в самых отдалённых глубинах их зачерствевших душ ещё остались искорки благородства. В первую секунду и сам Тирон немного обомлел от такого. Но его замешательство продлилось не долго. Быстро придя в себя, он вскочил на ноги. Глаза его пылали яростью. Правда, он ещё заметно сильно хромал. Но рядом встали его подручные. Внутри у меня всё напряглось. Так…, похоже мне сейчас зададут знатную трёпку… И теперь, скорее всего, уже я займу место Тирона в госпитале.
Но тут, рядом со мной решительно встал спасённый мною парень. Он сжал кулаки и готов был постоять за себя и за нас обоих, несмотря на то, что расклад был явно не в нашу пользу. В этот же момент Маркус стал что-то громко выкрикивать и тоже встал рядом, сорвав с себя пояс и намотав его на руку. К нему тут же присоединился сначала Маний, а потом и ещё несколько человек. По всему было видно, что несправедливые действия «старичков» многих тут достали… Но, в отличии от «элитных», у всех остальных не было главаря, способного их объединить. И вот, так получилось, что я, сам того не ожидая, стал, похоже, таким объединяющим звеном, вокруг которого формировалась новая партия "молодых". Мой поступок вызвал отклик и уважуху у всех остальных, и они готовы были признать меня своим неформальным лидером. Что же…, кажется я снова становлюсь «командиром роты» …
Теперь, мы были уже не столь одиноки и разобщены перед сплочённой и организованной группой местных старожилов. Назревал настоящий конфликт «стенка на стенку». Обе партии стали стихийно вооружаться чем попало. В ход пошли добытые откуда-то тренировочные мечи, деревянные лавки, ножки разломанных стульев, даже осколки глиняных кувшинов и деревянные черпаки. Мы, с Маркусом, опрокинули большой обеденный стол, создав, таким образом, себе оборонительную баррикаду. По моей команде, остальные быстро перевернули и другие столы, сооружая защиту ещё и с флангов. Кроме того, жидкая бобовая похлёбка, вытекшая из упавших на пол и разбившихся горшков, широко растеклась по каменному полу трапезной. Как раз, в сторону наступавших. Эта жирная жижа заставляла их скользить на полу и доставляла дополнительные неудобства при штурме наших «укреплений». Что же, стратегически наши «позиции» выглядели совсем не плохо.