Группа разделилась, и каждый боец начал осматривать лежащих на полу мертвых титанов. Если кто-нибудь из них оказывался еще живым, его добивали. Пленные Фениксу были не нужны. От них сейчас было бы больше проблем, нежели пользы. Бойцы осмотрели все помещение вокруг реактора, но вождя нигде не было.
— " Его нигде нет", — доложил Пустота.
— " У меня также пусто", — передал Тихоня.
— " Вождя здесь нет", — сказал Феникс Макарову, когда тот ответил на его вызов, — " Куда следовать для эвакуации?".
— " Оставайтесь на месте. Вертолет уже вылетел за вами", — распорядился Макаров и отключился.
— " Ждем вертолет", — передал остальным Феникс, — " Скоро нас заберут отсюда".
Группа расположилась возле разбитого окна в комнату управления и стала ждать.
— " Интересно, куда он девался", — задумчиво произнес Тихоня.
— " Кто?", — не понял его Пустота.
— " Ну как, кто. Вождь. Кто же еще?", — ответил Тихоня.
— " Может они притащили сюда еще одну такую хреновину, которая мгновенно забрасывает тебя, куда ты пожелаешь?", — предположил Феникс.
— " А ты её здесь видели?", — спросил у него Тихоня.
— " Нет, не видел", — ответил Феникс.
— " А ты?", — обратился он к Пустоте.
— " Тоже нет", — ответил тот, — " Но это не означает, что её здесь не может быть. Возможно, что она где-нибудь в другом помещении находится".
— " Может ты и прав", — сказал Тихоня, — " Но какой смысл устанавливать эту установку в другом месте? Ведь это потребует дополнительного оборудования, времени на его установку. Проще устанавливать её рядом с реактором".
— " Ты не забывай, что на станции пять реакторов", — возразил ему Феникс, — " А мы хорошо осмотрели только один. Тем более, раз эта установка", — он указал на пирамиду, — " потребляет энергию трех реакторов, то устанавливать этот телепорт рядом с нею нет смысла. Ему попросту не хватит энергии для работы".
— " А с чего ты взял, что ему требуется много энергии?", — спросил у него Тихоня.
— " Не думаю, что для того, что он делает, мгновенно перебрасывая объекты за сотни километров от себя, необходимо немного энергии", — ответил Феникс, — " Ведь это, чтобы создать необходимые для этого условия, потребуется уйма энергии. А если ее будет недостаточно, то и условия созданы не будут. Объект попросту застрянет где то по пути к заданной точке".
— " Может ты и прав", — согласился с ним Тихоня, — " Значит нужно найти этот, как ты сказал, телепорт. Три энергоблока отпадают. Значит, осталось еще два".
— " Почему три отпадают", — спросил у него Пустота.
— " Пятый энергоблок мы сожгли еще до встречи с вождем. Так? Так", — начал объяснять Тихоня, — " Этот чист, мы проверили. Первый энергоблок мы отключили, так никого не обнаружив там. Остаются второй и четвертый реакторы".
— " Но это уже не наша задача", — произнес Феникс.
Сверху, через пробитое штурмовиками отверстие в крыше здания, донесся шум работающих двигателей вертолета. Вертолет завис над пробитой крышей, и вниз с него упало четыре троса.
— " Видимо они не знают о гибели Шума", — подумал Феникс, прикрепляя трос к креплениям на своем костюме. Тихоня с Пустотой подцепили свои троса, и Феникс подал пилотам знак, чтобы те их поднимали. Лебедка на борту вертолета заработала, и бойцы начали подниматься. Когда они поднялись на его борт, один из пилотов спросил у Феникса: Где четвертый? Нам докладывали об эвакуации четырех бойцов".
— " Он погиб", — ответил Феникс. Пилот больше ничего не спросил и повел машину прочь от станции.
Посмотрев в иллюминаторы, бойцы увидели, что творилось на земле. Их взглядам предстали последствия той бойни перед станцией, которую Макаров предпочел назвать штурмом.
— " Сильно они здесь покуролесили", — произнес, глядя в иллюминатор, Тихоня.
— " Согласен. Мощная бойня была", — согласился с ним Пустота.
Глава 33
Макаров шагами мерил пространство в своем кабинете, расположенном внутри штабного вагончика. Отсюда, а точнее из комнаты операторов, он и командовал штурмом, который едва не окончился полным провалом.
— " Потерять почти восемьдесят процентов танков это слишком", — думал он, шаг за шагом перемеривая кабинет, — " Сейчас главное, это отслеживать все, что пересечет границы империи, поскольку мы сейчас почти безоружны, а это великолепная возможность для нападения".
Генерал посмотрел на колядник, изображенный на потолке кабинета.
— " Символ победы", — с усмешкой подумал Макаров, — " Вот только почему то цена у этой победы слишком высока". Он вспомнил, как был в рядах тех, кто свергал старое правительство, водворяя эту славянскую свастику на пьедестал власти, которая, как считали тогда многие, должна была обеспечить единство славян в борьбе с теми, кого они считали врагами страны. Сейчас, годы спустя, Макаров понимал, что ничего-то они, по сути, и не изменили этим. Лишь развязали новую войну на истощение. Войну, в которой он были обязаны победить. Иначе их ожидает истребление.