— Я? Ты сошел с ума! Я не назначала тебе здесь свидания. Кто сказал тебе это?
— Твой раб.
— Мой раб? Какой?
— Я не видел его…сам. Мне передал твое приглашение наш…ланиста…
— Акциан? — удивилась Юлия. — Он лично предал тебе мое приглашение?
— Да. Сказал… что пришел твой раб и…
Гладиатор почувствовал себя совсем плохо. Юлия увидела его состояние и призвала своих рабов.
— Где вы оставили носилки? — спросила она.
— На улице ярдом с рынком, госпожа. Мы думали, что вы захотите воспользоваться ими по пути домой.
— Возьмите этого человека и отнесите к мои носилкам. Быстро!
— Да, госпожа…
…Лутация приняла Келада в своей каморке.
— Неужели час настал? — спросила она.
— Скоро, Лутация. Скоро. Наш вождь сказал, что час близок.
— Станешь переправлять мечи?
— Именно так. Но сделать это должна ты. Я не должен с этим связываться, ибо гладиаторам категорически запрещены такие сделки. Не дай бог узнают власти. А ты, вдруг что, можешь легко отговориться. Ведь ты свободная женщина хоть и не полноправная римская гражданка. Не побоишься?
— Нет. Не побоюсь. Я готова к борьбе. Скажи, что я должна сделать?
— Нужно договориться с рабами, что возят дрова для нашей кухни. Ты их знаешь?
— Знаю. Один из них частый мой клиент. Ты решил спрятать мечи в вязанки дров? — догадалась Лутация. — Я верно поняла тебя?
— Именно так. Но вязанки, в которых будут мечи, нужно пометить особым образом. Только так наши люди смогут их опознать.
— Я повяжу на них несколько красных ниток. А рабы даже не будут знать, что в этих вязанках. Я скажу, что вы заказали у меня вино, и я спрячу малые амфоры в дровах.
— Отлично. Но это еще не все. В тот день, когда мы начнем, тебе нужно будет с несколькими девочками прийти в дом стражи при казарме. У тебя найдутся такие?
— Сколько нужно девочек?
— Троих-четверых. Вы придете к страже с вином, и они не откажутся от куртизанок и выпивки. В вино подмешаешь сонного зелья. Вот оно, — гладиатор предал женщине небольшой мешочек.
— Все будет исполнено, как только ты предашь мне знак!
Некто в соседней комнате услышал каждое слово из беседы в комнате Лутации…
…Рабы отнесли носилки Юлии к дому лекаря Главка.
Увидев из окна, что к нему пожаловали знатные посетители, лекарь сам вышел им на встречу и представился:
— Меня зовут Главком. И я медик, — при этом спина его согнулась едва не пополам.
Врачами в Италии в те времена были по большей части вольноотпущенники или рабы. И этой специальностью было сложно гордиться свободному римлянину, поэтому такая угодливость была в обычае людей этой профессии.
— Я знаю тебя, Главк! Да и ты знаком со мной, не так ли?
— Кто не знает в Помпеях жены благородного и богатого всадника Гая Сильвия Феликса. Приветствую тебя, госпожа Юлия.
— Сейчас к тебе в дом занесут человека, который умирает и ты должен его спасти.
— Врач не бог, госпожа и без диагноза я не могу судить о том, насколько излечима его болезнь.
— Этот человек был здоров до твоего вмешательства в его жизнь, Главк! — сурово произнесла Юлия.
— О чем ты говоришь, благородная госпожа? Мое лечение исключительно благотворно отражается на…
— Прекрати, Главк. Лучше укажи моим людям, куда отнести больного.
Лекарь не стал спорить. Он повел людей с носилками за собой. По дороге он усиленно соображал, кто же из его клиентов предал его.
"Вот и продавай им яды после этого. Оказываешь людям услуги, так они еще на тебя же и доносят. Хотят свались вину с больной головы на здоровую. А резвее я их травлю? Они сами так решают свои проблемы".
— Ложите его сюда. Вот на это ложе.
"Да, этого гиганта уколола одна из моих булавок, что я продал недавно Акциану. Кроме него такие уже давно никто не покупал".
— Ты знаешь, что с ним, не так ли? — спросила женщина, тревожась за судьбу любимого.
— Знаю, госпожа. Но твои оскорбительные намеки…
— Главк! Прекрати пререкаться и приступай к лечению. Все знают в Помпеях, что ядами торгуешь ты. Ты верный последователь Локусты и на кладбище отправляешь гораздо больше народу чем лечишь.
— Но с чего ты взяла, что это яд, госпожа? Ты неискушенна в медицине.
— Я уверена, что его отравили, и яд был в пище. На улице ему стало плохо, через час после завтрака.
"Дура! — подумал лекарь. — Это совсем иной яд. И действует он очень быстро".
— Если мне не поможешь ты, и он умрет, то я у других лекарей дознаюсь о причинах смерти и жестоко отомщу тебе, Главк!