— Квинт, дай мне заткнуть её поганую глотку, — предложил один из палачей. — А то от её мерзкого визга в ушах шумит.
— Нет. Не стоит. Голосок ей еще понадобиться.
Лицо Лутации смертельно побледнело и покрылось потом. Женщина испытывала дикую боль.
— Тебе больно? — спросил Квинт. — Я знаю, как это сидеть с наконечниками стрел между пальцами. Эту казнь придумали варвары. А они большие мастера в таких делах. Но стоит тебе все мне рассказать, и я тот час прикажу размотать бинты и освободить твои руки от боли.
— Нет, — хриплый стон вырвался из горла женщины.
— Послушай, Квинт, а не начать ли нам её насиловать по очереди? — предложил кто-то. — А и так до тех пор пока все не расскажет! Пусть испытывает боль и не только боль.
Другие мерзко захохотали. Идея всем понравилась.
— Нет, — тряхнул головой бывший рутиарий. — Разве такую шлюху как Лутация запугаешь этим? Да она в пять раз больше обслужит жеребцов и не таких как вы. Нет. Если она будет молчать и дальше, то мы приготовим кое-что еще.
Квинт указал на доски пола.
— Оторвите-ка одну доску. Быстро!
Двое подручных тут же исполнили этот приказ и выломали большую доску из настила.
— А теперь забейте в неё гвозди, что я приказал вам захватить. И бейте почаще, чтобы острия были рядом.
— Откуда тебе известно столько типов пытки, Квинт?
— Я немало пообщался на своем веку со всякой сволочью. И научился развязывать языки упрямцам.
Когда доска была готова, Квинт снова обратился к Лутации:
— Итак, ты не передумала? Станешь говорить?
— Нет, — ответила она.
— Хорошо. Поставьте-ка её на гвозди, друзья. Но берите осторожно под ручки нашу уважаемую Лутацию.
Двое мужчин подхватили женщину под руки и поставили её ступнями на доску с гвоздями. Она дико завыла и попыталась соскочить, но мужчины повисли у неё на руках.
— Будешь говорить, шлюха?!
— Да!!!! — заголосила она. — Да! Но снимите меня!
— Убрать! — отдал приказ Квинт и Лутацию сняли с доски и швырнули на кровать.
— Итак, кто просил тебя готовить мечи?
— Я…. Я не знаю имени этого человека…
— Что? Не знаешь? Эй! Поставьте её снова на гвозди! Это помогает освежить память.
— Нет! — вскричала женщина. — Я скажу. Но уберите это от моих рук… Размотайте бинты! Прошу!
— Как только ты начнешь говорить, Лутация.
— Это меня просил сделать Келад. Он гладиатор из школы ланисты Акциана, — произнесла она.
— Вы слышали, квириты? Гладиатор ланисты Акциана заготовлял мечи, а это запрещено законом. И мерзкая шлюха помогала ему.
— Слышали.
— Слышали. Теперь можно идти к префекту. Мы все свидетели её слов!
— Погодите, Не мешайте мне, — Квинт прервал товарищей и снова спросил у женщины. — А кто стоит за фракийцем Келадом?
— Он говорил, что возглавляет дело дакиец… — Лутация снова завыла. — Уберите эти наконечники во имя богов! Я же сказала вам все!
Квинт приказал размотать бинты и наконечники стрел посыпались на пол. Женщина посмотрела на свои искалеченные кровавые руки и завыла.
— Брось выть, шлюха. Говори, а то я прикажу все снова повторить!
— Возглавляет дело дакиец Децебал. Келад однажды случайно проговорился.
— И много у них людей?
— Среди гладиатором много. Не менее тысячи по всему городу.
— Когда ты должна переправить им мечи и главное как?
— Скоро! Может быть, даже сегодня и ли завтра. Я договорилась с одним рабом, и он перевезет мечи в казармы вместе с вязанками дров для кухни. После сигнала я должна это сделать…
— Вязанки дров! — вскричал Квинт. — А ведь их действительно никто и никогда не досматривает!
— Квинт! — вскричал один из его людей. — Посмотри, что нашел! Это же деньги старой мегеры. Золото!
Из извлеченного из тайника кошелька на пол высыпалось с десяток золотых ауреусов.
— Не трогайте! — закричала Лутацуия. — Это все мои деньги! Вы покалечили меня, и не будет нечем заплатить врачу.
— Платить тебе не придется, шлюха. Мы избавим тебя от необходимости звать врача.
— Вы хотите меня убить? Но я же все сказала! — на лице старой шлюхи отразился ужас, вызванный смертью.
— Вот именно. И потому я не хочу оставлять тебя среди живых. Но быструю смерть ты заслужила.
Квинт извлек свой меч из ножен и ударил женщину клинком в горло…..
— Что будем делать? Сегодня мы сделали свою работу и заслужили небольшой отдых, на так ли, друзья?
— Верно! — охотно поддержали его другие.
— Он прав!
— Стоит пропить все денежки старой шлюхи!
— И пропьем! Кто нам запретит?