"Персами" стал командовать Брит, в прошлом опытный воин, много сражавшийся с римскими легионами, хоть и отказывавший себе в полководческих талантах.
— Никому не лезть вперед без команды! Только по моему приказу. Их мечи кроткие и опасны в случае ближнего боя. Наша задача держать их на расстоянии до времени!
— Мы сделаем как ты сказал нам, — ответили другие персы.
— Но так мы не пробьем их защиту?
— Не скулить! — снова пробасил Брит. — Выполняйте то, что вам говорят и работайте оружием, а не языком, если хотите выжить и пить вечером вино, а не валяться во рву с нечистотами! Смыкаем кольцо!
Кольцо воинов выставивших вперед щиты постепенно смыкалось. Брит хотел одним натиском добиться разделения противников. Он знал, если это получиться, их несложно будет одолеть. А пока они защищают друг другу спины — они опасны.
— Вперед! — скомандовал он и все его "персы" бросились в атаку.
Зазвенели клинки, и первое время в их неистовом вихре зрители не могли разобрать, что происходит в этом клубке человеческих тел. Послышали возгласы боли и яростные крики. Пролилась первая кровь. Но кто же пролил её?
Оказалось, это Давид сумел легко ранить двоих молодых галлов и те выпустили мечи из рук. "Персы" по команде брита быстро отступили.
— Я ранил двоих, — произнес Давид, обращаясь к своему другу. — Легко. Мечи у них в руках теперь не опаснее палки.
— Ты никогда не убиваешь, Давид. А вот я доконал одного.
— Доконал? Что-то невидно. Они все на ногах. Ты не ошибся, Юба?
— Я никогда не ошибаюсь в таком деле, друг. Сейчас он упадет.
В этот момент в подтверждение слов нубийца один из "персов" рухнул на арену. Зрители взорвались бурей аплодисментов и приветственных выкриков.
— Слава Юбе!
— Слава Давиду!
— Да здравствуют "спартанцы"!
— Я говорил, что они все равно победят!
— Им сопутствуют боги!
— И особенно капризная баба Фортуна!
Эти возгласы разозлили "персов". Брит отбросил длинный меч, который мало был пригоден для ближней схватки и обнажил кривой ятаган.
— Вперед! — проревел он своим и "персы" снова бросились в атаку, издавая яростные вопли.
"Спартанцы" отразили удар щитами, но на этот раз не обошлось без ран. Вражеские клинки оставили две отметины на руке Юбы, и одну на ноге Давида.
Это Брит резанул его по бедру. Рана была опасная и на арену полилась кровь иудея.
— Давид, опасно ранет! — взревела толпа.
— "Прессы" побеждают!
— Не каркай, ворона!
— Этих двоих нельзя победить!
— Спартанцы! Спартанцы! Спартанцы!
Германец налетел на Юбу и растолкал галлов, что только болтались под ногами. Он по примеру Брита, тоже стал орудовать кривым ятаганом, и выбил у своего противника щит.
— Умри! — заорал он и сделал яростный выпад. Но его клинок был отведен клинком нубийца в сторону.
— Не сейчас! Мой срок еще не пробил!
— Ты ошибаешься, нубиец. Фортуна уже перерезала нить твоей жизни!
Юба держался хладнокровно и ловко парировал удары. И вот, он сумел улучить момент, когда германец открылся на одно мгновение. Его меч сразу же устремился в просвет и проник между пластинами панциря. Опаснейший противник "спартанцев" был мертв!
Численное преимущество в таких условиях ничего на давало "персам". Они не могли атаковать все сразу эффективно. Другое дело если бы у них были копья. Вот тогда схватка приняла бы совсем иной оборот. Но выдать копья в такой схватке — означало испортить зрителям удовольствие, а этого устроители делать не собирались. Гладиаторские бои — это в основном бои на мечах.
За германцем пал еще один молодой гладиатор, но нубиец его не убил, а только оглушил ударом рукояти меча по голове. Тот замертво рухнул на арену.
— Давид, ты опасно ранен! — сказал он другу. — Кровь заливает ногу.
— Мне трудно передвигаться, но я стану держаться, чтобы не открыть тебе спину.
Иудей сосредоточил все внимание на Брите. Этот вояка умело организовывал молодых галлов. Без него они не будут опасны. Это был его вклад в победу. Он, превозмогая боль, сделал резкое движение в сторону и заставил брита оставить небольшой просвет в своей защите. Этого хватило опытному мечнику, чтобы поразить врага смертоносным стальным жалом. Клинок вошел Бриту в горло. На этот раз иудей убил. Но сделал он это не ради себя, и не ради своей жизни. Давид не хотел, чтобы умер Юба.
Соперники растерялись, увидев смерть своих лучших бойцов, и стали отступать.
— Куда вы, идиоты! — зарычал Давид. — Сражайтесь мужественно и у вас появиться шанс выжить. Толпа не щадит трусов!