Я наняла Минди и тотчас поручила ей два номера одновременно: текущий и прототип для нового дизайна. Мы провели немало утомительных совместных вечеров в офисе, хотя она часто пыталась прогнать меня со словами: «Я сама управлюсь». Да, я ей доверяла, но не хотела терять личный контроль. К тому же запарки на работе помогали мне отвлечься от неприятностей дома. С Джошем-то все было отлично, но наша жизнь вращалась вокруг искусственного оплодотворения. И, как показала практика, только в офисе я была способна об этом забыть.
Больше всего времени отнимали следующие процедуры: разработка нового дизайна со Свеном; кропотливая вычитка каждого экземпляра с целью убедиться, что содержимое в достаточной мере смягчено (т. е. вычеркивание слова «пенис», согласно Лиз), и, наконец, попытки убедить коллег, что все эти перемены не означают, будто мы продались, хотя именно это они и означали. Я приобрела множество навыков фокусника, иллюзиониста и жонглера расплывчатыми формулировками. Я убеждала их, что эти перемены помогут «вывести “Джилл” на новый уровень». И кажется, таки убедила. Да что там — я убедила саму себя.
Все это время я изумлялась умениям Минди. Еще больше меня изумляло то, как она успевала растить двоих детей (десяти и двенадцати лет), фактически поселившись в «Нестром-билдинг». Она обещала, что я перестану дневать и ночевать на работе, и слово свое сдержала. До меня доходили слухи, что она иной раз задерживается на работе до трех или половины четвертого ночи. Ума не приложу, как ей удавалось оставаться такой бодрой.
— Ты уж береги себя, Минди, — сказала я ей однажды вечером, пока мы ужинали китайской едой в конференц-зале. Я не хотела, чтоб она так быстро сгорела на работе. За столь короткий срок она уже доказала свою незаменимость.
— Ты тоже, — осторожно ответила она. — Я не хочу вмешиваться в твою личную жизнь, но сегодня я заметила, что глаза у тебя красные и припухшие. У тебя все в порядке? — с тревогой в голосе спросила она.
В зале никого больше не было. Да я и устала держать эмоции в себе. Мне захотелось немедленно открыться кому-то, а Минди казалась такой участливой.
— Могло бы быть и получше, — ответила я с невеселым смешком. — Все, наверное, принимают меня за психопатку. Ну, эти постоянные смены настроения… Видишь ли, я сейчас лечусь от бесплодия. И порой меня можно довести до слез как очень важной проблемой, так и сущей ерундой. Да, ты права: я сегодня плакала. Из-за сущей ерунды.
— Прекрасно тебя понимаю, — сказала вдруг Минди. — Я сама прошла шесть курсов экстракорпорального оплодотворения. Это было ужасно.
— Правда? — воскликнула я. Я была так рада поговорить с человеком, который пережил нечто подобное.
Минди кивнула.
— Ну, это история со счастливым концом. Второго ребенка я родила благодаря ЭКО. И я тебе скажу: все эти кошмары стоят награды, которую ты в итоге получишь. Потому не сдавайся. Думай о награде.
— Ну, — сказала я, — я стараюсь не обольщаться. Уж слишком часто мои надежды оканчивались разочарованием.
Минди ободряюще обняла меня за плечи:
— Интуиция подсказывает мне, что у тебя все получится. Держись.
Ее оптимизм и наш разговор в целом принесли мне большое утешение. Я была ей крайне благодарна. А потом она запросто ответила на множество вопросов об этом деликатном процессе и ее с мужем эмоциональном состоянии. Некоторые вопросы носили довольно интимный характер, но Минди вовсе не противилась моему вмешательству.
— Если я еще чем-то могу тебе помочь, ты просто дай знать, — заверила она меня.
Я, конечно же, попросила сохранить информацию в секрете. Я не хотела, чтобы кто-либо еще узнал о моих трудностях — тем более Степфордские Близнецы. Она побожилась, что это останется между нами. Между нами и Кейси, если говорить точнее.
А смена дизайна тем временем проходила с завидной легкостью, в основном, благодаря стараниям Свена и его команды. На обложку того номера нам удалось завлечь большую «звезду» — юную актрису Лору Лонэган. Съемки дались нам немалой кровью, поскольку по ходу дела ее бросал парень — по телефону. Я думала, нам придется стирать трубку при помощи «Фотошопа»: она не выпускала ее из рук — то набирала его номер, то ожидала следующего звонка, чтобы завязать очередную бурную ссору.
Я думала, нам не удастся получить ни единого пристойного кадра, но Свен, как обычно, задействовал волшебство. Когда он показал мне макет, я остолбенела. Фотография получилось очень красивая. Слишком красивая. До того красивая, что мне показалось, будто передо мной обложка «Фэшенисты». Я отнесла снимок, чтобы продемонстрировать его всем остальным.