Директорский жетон первого ранга. Её жетон. Совсем как тогда, двенадцать лет назад…
– Подойдите, госпожа Директор.
– Прошу простить, мой Канцлер... Заместитель директора.
– Я не ошибся. Вот, возьмите.
– Ах! То есть… огромная честь для меня!
– С сегодняшнего дня принимаете руководство Поисковым Департаментом. Отчёты и докладные оформляете напрямую на моё имя. И помните: я рассчитываю на вас. Грядут тяжёлые времена, и мне нужны те, на кого можно положиться.
– Я… не подведу. Клянусь, не подведу!
– Ну же, – повторил Канцлер, вырвав её из тенет воспоминаний. – Возьмите, госпожа Директор.
Руки у Катерины дрогнули, когда она прикалывала жетон на мундир. Но стоило сделать это, как на душу её снизошло спокойствие. Пусть форма на ней была изорвана в клочья – на груди её блестел знак Канцелярии.
И она снова стала собой. Госпожой Директором.
– Канцелярия, как обычно, предпримет меры, – веско сказал Канцлер. – И в этом мне потребуется помощь Поискового Департамента. Ваша помощь, госпожа Директор.
– Жду указаний, – женщина сама удивилась тому, как спокойно и уверенно прозвучал её голос.
– Ничего особенного. Помимо текущих задач Департамента, займитесь этой Алисой. Я не знаю, шпионка она, или нет. Не знаю, действительно ли мы опять столкнулись с чем-то таким, что недоступно нашему пониманию…
– «Ангелы», – тихо проговорила Катерина. Она произнесла-таки запретное слово, и сразу по спине протянуло холодком; будто ветер Турбинных Гор снова коснулся её.
– За неимением лучшего термина, назовём так, – кивнул Рейнхард. – Но одно я твёрдо знаю: вы совершенно правы в главном. Всё, чего мы не понимаем, нужно аккуратно изолировать, взять под контроль, а потом изучить. Прежде чем оно начнёт создавать проблемы системе.
В словах Канцлера госпоже Директору почудился скрытый укор. Определённо, Алиса уже начала создавать проблемы.
– Если прикажете, я могу повторить попытку. С учётом сделанных ошибок…
– Вы. Нужнее. Здесь, – каждое слово Канцлер подчеркнул, легонько постукивая по столу пальцем. – Для оперативной работы у нас хватит сотрудников. А вот с руководящей никто не справится лучше вас. Что подчёркивает докладная записка вашего заместителя.
– Заместителя?
– Да. Не успел я ознакомиться с отчётом, как мне на стол легла докладная от вашего зама по чрезвычайным ситуациям. В которой ваши… скоропалительные решения вполне убедительно оправдываются заботой о благе Канцелярии. Может, временами чуточку эмоционально – однако к аргументам у меня претензий нет.
Джагго, верный Джагго… Конечно же, он один без колебаний бросился спасать её! На миг в груди Директора всколыхнулась тёплая волна – странное, почти позабытое ощущение. Она сдержала невольную улыбку.
– Собственно, благодаря этому я и не стал устраивать с вами беседу по всем пунктам отчёта. Кстати, вот он сам, – Канцлер протянул женщине картонную папку с бумагами. – Ознакомьтесь на досуге… для личного интереса.
Катерина окончательно уверилась в том, что прощена. И что Канцлер своим жестом дал ей добро на сведение счетов в своём Департаменте. О, да, уж она не упустит шанса…
– Думаю, вы заслужили небольшой отдых. Приведите себя в порядок, посетите врача, выспитесь. А потом – жду от вас возврата к работе, и первых докладов по делу Алисы.
– Я сделаю всё, чтобы как можно скорее предоставить её вам, мой Канцлер. Прикажете объявить тотальный розыск?
– Нет. Обойдёмся без листовок на каждом углу, объявлений по радио, милицейских патрулей и всего прочего. Будем ловить жертву так, чтобы она до последнего не подозревала, что её ловят. Знаете, как это делают лягухи-рыболовы: чем спускать на рыбу целую стаю ловчих выдр, которые перебаламутят весь пруд – лучше расставить незаметные сети, и подождать, где звякнет колокольчик! Хотя, возможно, одну выдру пустить по следу будет нелишне…
– У вас есть на примете подготовленные оперативники?
Катерина сказала это, и тут же мысленно обругала себя за праздный вопрос. Конечно же, у главы Канцелярии есть на примете оперативники. У него каждый на примете, с той или иной целью!.. А ещё ей очень не хотелось, чтобы это прозвучало как глупая ревность – дескать, нет ли у него на примете кого-то лучше, чем она. Как показал опыт, Катерина Новашек с оперативной работой не справилась.
«Ржавые дьяволы, я и подумать не могла, что старею…»
– Можно сказать и так, госпожа Директор, – впервые за весь разговор Канцлер улыбнулся: скупо и бесцветно, уголком рта, но всё же это была улыбка. – Можно сказать и так.