– Что-то случилось? – с наигранной заботой спросил Гром. Он как раз достал из шкафчика расписную глиняную плошку и кувшинчик.
– Перестань! – с порога потребовала Алиса.
– А?
Сжав зубы, Алиса шагнула внутрь и захлопнула за собой дверь.
– И не притворяйся. Зачем ты её толкнул?
– Я кого-то толкнул? – Гром невинно приподнял бархатные брови на круглой морде.
– Ты сам знаешь, про что я. Прекрати обижать Милашку!
Когда компания героев бросила угнанный термоплан в ущелье (Кванзо колебался, но Петрович быстро разъяснил ему, как опасен приметный транспорт и как трудно раздобыть сжиженный газ для горелок) и взошла на борт «Икара», Роджер объявил, что Алиса и Милашка остаются с ними. Гром принял капитанский приказ молча – но с того дня при каждом удобном случае старался задеть или унизить рыжую куклу. Не помогали даже запреты Роджера: медведь просто выдавал всё за случайность.
В прошлый раз пропал с вешалки Милашкин мундир. Девушка восприняла это почти равнодушно – после утери жетона и последующих событий в пещере, её уже, кажется, ничто не могло расстроить сильнее. А форму через час притащил озадаченный Петрович: она нашлась у него в ящике с промасленной ветошью.
Медведь фыркнул.
– Я не знаю никакой Милашки, – отрывисто сказал он, опустившись на колени. Из кувшинчика Гром тонкой струйкой налил в лампаду немного масла. – А кого я не знаю, того для меня и нет. Особенно если это всякие изменники…
– Не смей так при мне говорить! Милашка моя подруга!
– Твои проблемы, если ты знаешься с предателями, – пожал плечами мишка.
– Она не предательница!
– Самая настоящая. Сдала нас Канцелярии, как тряпьё в утиль.
– Милашка много лет служила Канцелярии верой и правдой. И думала, что поступает правильно! Она не знала, что они нас так…
– А это уже её проблема.
Гром чиркнул длинной каминной спичкой – такими пользовались все медведи, чтобы не подпалить шкуру – и зажёг огонёк лампады. Струйка ароматного дыма потянулась вверх. Медведь уселся на циновке перед трепещущим огоньком, скрестив ноги.
– Я всё сказал, – промолвил он. – Я не имею дела с теми, кто предаёт своих. И для неё же лучше мне на дороге не попадаться! А то ведь наступлю ненароком…
– Не смей нам угрожать!
– «Нам»? Я разве что-то тебе сказал?
Алиса сжала кулаки, скрипнула зубами – и, развернувшись, выскочила из каюты.
В коридоре она чуть не налетела на Роджера. Капитан вопросительно взглянул на неё; Алиса сердито мотнула головой и прошагала мимо.
Роджер проводил её взглядом, а потом отодвинул дверь каюты Грома и вошёл.
***
На камбузе Алиса застала одну Милашку. Рыжая девушка с понурым видом мыла посуду; и от этого, казалось бы, простого зрелища всё внутри Алисы всколыхнулось.
– Хватит! – она схватила Милашку за плечо.
– А? Ч-что?..
– Давай я домою, – Алиса оттеснила подругу от мойки. – Ты не должна так себя вести!
– К-как «так»? – тихо спросила Милашка. Черноволосая кукла вновь почувствовала прилив жалости.
– Вот так! Ты всё стараешься делать только в одиночку: и моешь, и убираешь, и готовишь. Ты… ты не служанка! – Алиса яростно шаркнула мыльной губкой по дну ковшика.
Милашка отвела взгляд.
– А что я ещё могу, – сдавленно сказала она. – Я же знаю, что они меня… Что они все обо мне… П-после того, как й-я…
Губы её задрожали. Алиса поспешно закрутила кран – и, сорвав перчатки, прижала Милашку к себе.
– Тише, тише! Ну, что ты, – повторяла она, обнимая трясущуюся от рыданий подругу. Так, в обнимку, она отвела её в каюту и усадила на койку.
– П-прости! – наконец выдавила Милашка, оторвав заплаканное лицо от Алисиного плеча. – Я н-не должна… не хотела, чтобы ты м-меня такой видела…
– Всё хорошо, правда.
– Н-нет! Теперь я… Я п-предательница! А ты…
– Ничего не изменилось. Ты та же, что и раньше. Моя лучшая подруга!
– Ты… д-добрая, – Милашка вытерла рукавом слёзы. – К-как ангел. Но я же знаю, что Гром меня т-теперь ненавидит, и капитан…!
– Не обращай на Грома внимания, – убеждённо сказала Алиса. – Я не позволю ему тебя обидеть. И ты никакая не предательница. Это Канцелярия сама виновата, что они тебя не ценили. Я вообще не представляю, как ты столько времени могла их терпеть!
Милашка отвернулась. Взгляд её упал на серый мундир, свисавший с вешалки над кроватью. Её мундир.