– Присаживайтесь, Катерина, – повторил Железный Канцлер Рейнхард.
Катерина неловко, боком уселась на табурет перед столом. Привинченный к полу, как в допросной камере; другой мебели для посетителей в кабинете не было.
Почему-то женщине вспомнилась молодость, когда она ещё читала всякие глупые бульварные романы о приключениях, путешествиях и неведомых землях. В книжках апартаменты главного злодея всегда располагались на верхушке самой высокой башни. И обязательно имели громадное окно, у которого злодею полагалось стоять, обозревая свои владения…
Конечно же, в жизни так не бывает. На самом деле, верхний ярус Шпиля был отведён под причалы для термопланов. Кабинет же Канцлера располагался где-то на средних этажах, в глубинах запутанного лабиринта коридоров – и лишь считанные единицы служащих знали, что скрывается за невзрачной дверью без номера.
– Итак, сударыня Новашек, – Канцлер перебрал бумаги на столе. – Я вызвал вас по делу, касающемуся… – он сделал выразительную паузу, – событий последних трёх недель.
Женщина внутренне напряглась. Он назвал её «Катериной Новашек», не «Директором». Это плохо. Это может означать, что она уже отстранена от работы… Но не так плохо, как если бы Канцлер обратился к ней по серийному номеру, который отпечатан у неё над скважиной меж ключиц.
Вот это бы точно значило, что ей суждено навсегда исчезнуть в подвалах Шпиля.
«Отвечай только на вопросы, которые тебе зададут», мысленно напомнила она себе основное правило допроса, с которым была прекрасно знакома. Ведь ей самой много раз случалось допрашивать подозреваемых.
– Я с радостью сообщу любую информацию, господин Канцлер, – выговорила Катерина. Проклятье, каким же севшим кажется её голос! – Если позволите, могу предоставить официальный отчёт по…
– Можете не утруждаться, – Канцлер говорил всё так же спокойно, ничуть не повысив голоса. Он не пытался перебить, но Катерина мгновенно замолчала. Потому что, как только господин Рейнхард начинал говорить, сразу же становилось понятно, что его слово в этом кабинете (да и за пределами тоже) превыше всего.
– Я уже получил отчёт, – Рейнхард коснулся пальцами одной из папок на столе. – И ознакомился с ним во всех подробностях.
Катерина постаралась не выдать лицом охвативших её чувств – лишь сцепила пальцы на коленях, да так, что костяшки чуть не хрустнули. Значит, вот как. Кто-то из её Департамента уже поспешил выслужиться перед Канцлером, подав отчёт.
Что в папке? И что теперь будет с самой Катериной?.. Спокойно. Зависит от того, кто писал отчёт. Колдер, её заместитель по хозяйственным вопросам? Этот спит и видит, когда Катерину снимут с поста – прекрасно знает, что у госпожи Директора на него компромат после того, как она пару раз уличила его в хищениях… Но нет. Колдер хоть и злонамерен, но трусоват. Сам вряд ли решится на подлость – побоится, что и его подметут заодно с начальницей.
Или Лаура из аналитического отдела? Вот она могла. Ненавидит начальницу всеми контактами и проводками души – хоть и никогда не показывает виду, скрывая чувства за любезной и холодной улыбкой. Лауре нечего терять, она предана Департаменту до последнего: потому что ничего, кроме Департамента, в её жизни нет. С того дня, когда Канцелярия арестовала её жениха, оказавшегося участником уличной банды – и он попытался сбежать, за что получил в затылок пулю из рогатки… Нет страшней и крепче верности, чем у тех, кто служит из ненависти.
Канцлер открыл папку. Женщина сделала над собой усилие, чтобы не вглядываться в разложенные под лампой бумаги, не пытаться разобрать машинописный текст вверх ногами. Нельзя, нельзя показывать свой страх! Если ты испугалась – ты уже проиграла, потому что своим поведением признаёшь вину…
– Здесь много интересного, – всё так же ровно произнёс Канцлер, не сводя взгляда с лица Катерины. – Если верить отчёту, вы проявили «вопиющую некомпетентность» по ряду вопросов, – он явно процитировал текст.
– Вы умолчали о выявленной нарушительнице порядка, не доложив своевременно в высшие инстанции. Вы не привлекли к расследованию другие Департаменты, ограничившись силами Поискового. Вы без внятного обоснования отобрали у Департамента Расследований дело о нападении на торговый караван и убийстве уважаемого купца Мадеуса Перванша… Наконец, вы без предупреждения отбыли из столицы в неизвестном направлении, задействовав оперативную команду и служебный термоплан.