…Госпожа Директор и Джагго вышли из машины. Следом за ними кое-как выбрался старый, седой лягух в твидовом пиджаке: выцветшая и посеревшая шкура обвисла тонкими складками, подслеповатые глаза щурились сквозь очки. Опершись дрожащими лапами на трость, старик окинул взглядом здание – и застонал при виде колонн, исписанных непристойностями.
– Квакое кварварство! – проскрипел он. – Здесь, в храме культуры!..
Катерина досадливо поморщилась, а Джагго вздохнул. У них ушло полдня на то, чтобы разыскать в столице дряхлого музейного смотрителя, давным-давно оставшегося без работы и доживающего свой век в пригороде – и объяснить перепуганному старикашке, что от него требуется.
– Велеслав, жди здесь.
– Слушаюс’…
Госпожа Директор и её зам поддерживали старичка-смотрителя под локти, пока тот с трудом взбирался по ступенькам, и потом долго звенел ключами на связке. Скрежетнули замки, заскрипели рассохшиеся двери. Все трое замерли на пороге, вглядываясь в темноту коридора.
– Вот тут… – старик пощёлкал выключателем, но ничего не произошло. – Ну, вот. Квак я и думал, даже проводку скрутили!
– Ну, кватчего же, – Джагго включил фонарик и принялся шарить лучом по стене. – Где у квас тут кваварийный щиток?..
Клацнул рубильник, и под потолком разгорелись редкие лампы. Старый смотритель горестно квакнул – и теперь госпожа Директор вполне могла его понять. Война и последующие годы заброшенности нанесли музею тяжёлый ущерб.
Просторные музейные залы были расположены по географическому принципу: в соответствии с регионами Медноречья, от дальнего севера до Болотного царства. Потускневшие таблички-указатели любезно сообщали, каким путём стоит пройти гостю, чтобы ознакомиться с тем или иным пластом культуры. Стены и потолки украшали богатые росписи, повсюду высились стеклянные саркофаги витрин для экспонатов…
Но теперь почти все витрины пустовали. Многие и вовсе были разбиты: осколки стекла усеяли запыленный, рассохшийся паркет. Часть экспонатов после войны разошлась по архивам и запасникам. А что-то так и осталось в музее, и было разворовано – судя по выбитым наружным окнам, здесь успели похозяйничать грабители. Прекрасные фрески пошли безобразными пятнами от сырости, и местами обвалились.
– Не-квасполнимая потеря для культуры! – горестно разливался смотритель, ковыляя по залам. – Только взгляните, ведь тут была квартина!.. «Царевна Квасилиса и Гадский Квароль»! Блистательная копия Квазимира Кваменского!.. И где она теперь? А полный квамплект палисандрийского оружия двадцать пятого ве-ква? А кваллекция нингонских священных масок из зала Очарованных Островов?..
Госпожа Директор взяла со стойки журнал с каталогом, и на ходу листала выцветшие страницы. На удивление, старик не ошибался, указывая дрожащей лапой, где прежде было то или иное сокровище. Наверное, в жизни смотрителя не осталось ничего, кроме памяти о любимой работе…
Этим он и был ценен. Потому что ни Катерина, ни Джагго не представляли, что именно нужно искать в музее.
– А ведь скольква раз я пода-квал прошения о защите историчес-кваго наследия! – страдал лягух. – Двадцать лет! Двадцать лет я пишу письма в Шпиль, квадно за другим! Пытаясь добиться квасстановления музея, донести кважность квапроса!.. И хотя бы квадин кватвет! Вне вся-кваго сомнения, это происки завистни-квав! Непримиримых врагов культуры!
– Или же он просто пишет не в тот Департамент, – полушёпотом поделился с начальницей Джагго. – Тилихент квабинетный!
Катерина кивнула.
– Послушайте, почтенный! – прервала она словоизлияния старика. Тот рассеянно заморгал: похоже, успел подзабыть, что его кто-то слушает. – Мы здесь по делу. Давайте договоримся так, я обещаю лично способствовать тому, чтобы ваши прошения были рассмотрены… в обмен на вашу помощь.
– А?.. Да, да. Кванечно, кваспажа!
– Так вот. Вам что-нибудь известно об этом? – и Катерина предъявила лягуху копию бланка из кабинета доктора Авеля: кукольная фигурка, разрисованная кругами и линиями.
Смотритель поправил очки, прищурился. Госпожа Директор не надеялась на внятный ответ – но взгляд старика вдруг просветлел.
– А! О, да, квак не помнить! Прошу, за мной! – и старичок бодро заковылял по коридору, стуча тростью.
– То есть, вам знаком этот рисунок? – воодушевилась Катерина, шагая следом за смотрителем. Её охватил азарт, который она уже успела подзабыть на начальственной работе.