Поварёнок закивал и удрал, пока не наградили подзатыльником или проклятием.
Пастушья песня. Много повторов. Петь можно с любого куплета и не ошибёшься.
Бард звучно хлопнул себя по лбу. Как же он забыл ещё один принцип построения заклинаний?
— Мастер, — начал он. — Под новую музыку и настраиваясь на свой Дар. Почувствуйте себя пастухом. Вас разморило солнцем, скучно, и надо дождаться вечера, когда можно будет отогнать стадо домой.
И бард взял первые аккорды.
— Что, маленький проказник навёл на нужную мысль? — поинтересовался шаман, но ответа не стал дожидаться. Откинулся на спинку стула, прикрыл глаза, представляя себе залитый солнцем луг, ласковый ветерок, погудку толстых мохнатых шмелей в клевере и добрые, печальные глаза коров с длинными загнутыми ресницами — на зависть любой красавице.
Отклик они почувствовали одновременно, не успел бард пропеть и пары слов. Если бы тут была цель для заклинания, целитель мог бы ощутить и то, как его Дар медленно, но верно справляется с болезнью.
— Мастер, оно работает! — всё ещё не веря себе прошептал бард, приглушив струны рукой.
Шаман звучно хлопнул себя по бёдрам.
— Вот паршивец! — расхохотался он. — Мы тут чуть все голоса себе не сорвали, а он — пастушья песня! Но ты молодец, тут же подобрал…
Он перестал смеяться.
— Но это же значит… Мы можем помочь его милости?
В этот момент за дверью послышались быстрые шаги, дверь распахнулась и заглянул стражник.
— Господин Ласло, там отряд вернулся, раненые есть. Вы бы посмотрели…
Бард тут же встал, закинул гитару за спину. Хоть Дара у него и нет, но помочь он всё-таки сможет. Да и целитель при его помощи истратит куда меньше сил, чем при обычном исцелении.
— Мастер, я с вами. Работаем так же, вы сосредотачиваетесь на Даре, я играю. Сил на лечение уйдёт намного меньше.
Согласно прокряхтев что-то себе под нос, Ласло выпустил барда из комнаты и запер дверь за собой.
Глава 13
В отряде оказалось всего несколько легкораненых солдат. Их исцеление много времени не заняло, но вот настроение вызывало вопросы. Когда возвращаются с победой, не выглядят подавленными и мрачными.
— Что случилось-то? — спросил шаман, покончив с лечением. — Как в воду опущенные все.
— Да господин Саркан, — отозвался один из бойцов. — Из-за него всё…
— Что, помер по дороге? — не понял Ласло.
Солдат помотал головой.
— На нём ни царапинки. Я про другое.
— Да он лютее лютого зверя, оказывается, — вмешался другой боец.
И тут всех как прорвало.
Перебивая друг друга, солдаты рассказывали, как господин Саркан велел перебить всех до единого людей барона Бертока, а его сына и вовсе лично казнил.
— И ладно бы просто голову отрубил! — выпалил кто-то. — Заживо кожу содрал с него, а потом сердце вырвал и в огонь кинул!
И это действия Ицкоатля. Не Саркана. Кто его знает, что у них там принято? И зачем?
"Стоп. Что-то он говорил про своих могущественных духов. Но ведь и у нас есть духи. И иногда они требуют жертву. Сжечь еду. Задавить курицу или забить овцу. Это всегда было просто, понятно и привычно. Но снять кожу, вырвать сердце и бросить в костёр. Какой-то ритуал жертвоприношения для его… Как он их назвал? Теоме? Боги?"
— А больше никаких странностей за ним не заметили? — спросил бард, очнувшись от размышлений.
— Да дрался он поначалу как-то странно, — припомнил кто-то ещё. — Мечом бил как дубиной, плашмя. А потом ничего, приноровился… Я всё думал — погнёт меч или сломает.
— А что с сёлами на границе? — полюбопытствовал бард.
— Абошар начисто сожгли, — ответили ему. — Соседнее, Велсту, пытались поджечь, но там уже и мы подоспели, не дали по ветру пустить…
— Вот вам и ответ про его жестокость, — немного подумав, сказал Халлар. — Он же поклялся защищать людей барона. А тут такое. Кто-то сгорел, кого-то убили. Наверняка и девок много снасиловали. Вот и не выдержал.
— Никто никогда в наших местах никого так не наказывал, — убеждённо проговорил солдат. — Совсем озверел он в этой своей разбойничьей шайке, вот что я скажу.
— Как будто кто-то прежде отваживался на что-то большее, чем простой грабёж порубежных сёл, — ответил Халлар. — Может, и озверел. Но осуждать не буду.
— Теперь Берток как пить дать нам войну объявит, — послышался чей-то вздох.
— Отобьёмся, — донеслось в ответ.
— Ну, тут наши услуги больше не нужны, — шаман поднялся на ноги, посмотрел на своего постояльца. — Ты как, ко мне ночевать пойдёшь, или ещё куда?