«Уходи», – вспомнила она шепот Ивилин.
Карис пресекла паранойю.
– Мы у вас в долгу.
– О, не о чем говорить, – тепло, по-отечески рассмеялся он. – Вы были очень терпеливы, позволив мне поболтать о моих маленьких проектах. Боюсь, я слишком легко увлекаюсь.
– Да что ты говоришь, – шепотом фыркнул Ферайн.
– Кстати, вы, наверное, проголодались? – продолжил Вухас, не дожидаясь ответа. – Я надеялся, что вы присоединитесь ко мне за ужином. Ничего особенного, но я буду рад вашей компании. И добираться туда недолго, обещаю.
Карис нахмурилась. Она бросила взгляд на Винолу, но торайгианка смотрела точно так же растерянно.
– Куда именно?
– Ох! – Лицо Вухаса просветлело. – Конечно, я же не объяснил, простите. В клуб Общества благодарных.
Глава 29
Солнце село. Вечер был теплый и сухой, воздух прозрачен, небо – бледно-лилового оттенка, усеянное звездами. Виляйка плавно скользила над землей. На этой машине они уже ездили, и Вухас заверил, что до клуба меньше получаса пути. На этот раз он сидел напротив Карис, облаченный, несмотря на жару, в синее пальто, явно сшитое на заказ, и сверкая начищенными до блеска элегантными черными туфлями.
Общество благодарных, как он объяснил, объединяло местных землевладельцев, вместе работавших над различными благотворительными проектами: они снабжали водой и другими ресурсами бедствующие поселения в округе, изучали редкие экземпляры местной флоры и фауны, собирали средства на исследования чар жизнеобеспечения в отдаленных районах. В организации состояло около сотни человек, и некоторые из них регулярно встречались в официальном помещении общества.
– Я и не подозревала, что в этих краях обитает столько народу, – заметила Винола. Вдоль всей вареслийской границы тянулись фермы и поместья, где поколениями жили одни и те же семьи. Только из-за разбросанности участков земли производили впечатление необитаемых. Несмотря на расстояние, члены Общества представляли собой весьма сплоченную группу: они наслаждались простором, но время от времени каждому хотелось что-нибудь обсудить друг с другом. Иначе тишина утомляла.
– Почему «благодарных»?» – спросила Хаеки.
Вухас моргнул, словно снова был удивлен не только ее присутствием, но и способностью гостьи к членораздельной речи.
– Прошу прощения?
– Если вы помогаете людям, почему вы «благодарные»? Разве не должно быть наоборот?
Он рассмеялся:
– Мы благодарны за наши преимущества, полагаю. За наше родство и удачу. Я не уверен в точном происхождении названия, но благодарность мне представляется неплохим основополагающим принципом.
Сидя среди позолоченных оконных рам на мягком кожаном сиденье виляйки, Карис думала о том, что Вухас, безусловно, не лишен достоинств. Если ему доступно подобное общество, то, возможно, он вовсе не одинокий затворник. Все это не особенно утешало. Складывалось ощущение, что она все меньше владеет ситуацией, но рисковать и делать что-то, что могло бы его обидеть, не хотелось. Пусть Вухас остается дружелюбным, пусть пребывает в хорошем настроении, и тогда утром они смогут отправиться в Тушайт. Без виляйки им придется до города добираться несколько дней. А она себе такую задержку позволить не могла.
«Не думай о Сабастере. – Она смотрела в окно на подступающую темноту. – Просто перетерпи это».
Огни клуба горели словно маяки на равнине. По мере их приближения темная масса здания превратилась в элегантный двухэтажный комплекс, окруженный высокими, несуразными финиковыми пальмами и цветущей плюмерией. Стены, как и у Вухаса дома, были насыщенного охристого цвета. Верхний этаж опоясывали балконы, увитые свисающим плющом и обставленные корзинами пышных папоротников. Дорогу к зданию окаймляли одинаковые ряды виляек.
– Вот мы и на месте, – провозгласил Вухас, когда их транспорт плавно, словно бы шепотом, затормозил перед входом. Высокие двустворчатые двери стояли нараспашку, у ступенек и в вестибюле прохаживались несколько человек. – Похоже, вечер будет насыщенный.
– Он нервничает, – шепнул Ферайн.
Карис так не казалось. На ее взгляд, Вухас оставался привычно расслабленным. Она выбралась следом за ним из виляйки. Вечер полнился ароматом цветов, но в воздухе ощущалась странная влажность – вероятно, из-за атмосферных чар, предназначенных для поддержания тропических растений. Люди на входе были одеты менее официально, чем Вухас. Некоторые помахали ему, но никто не подошел.