«Устрашающе», – подумала Карис.
– Ну и как, кас Эска?
– Он не мертв. – Она расслабила стиснутые губы. – Ферайн. Он не умер.
Лицо Илеши сделалось еще холоднее.
– Не пытайся повторить это со мной, – сказала она угрожающе тихо. – Я тебе уже сказала, я не…
Тень Карис стремительно двинулась, выскользнув из двери на свет. Ферайн встал и коснулся щеки Илеши. В груди у Карис мягко потянуло.
– Я не умер, – сказал он.
Кожа у Илеши побелела. Она отшатнулась назад, обхватив лицо руками в том месте, где он коснулся ее. Карис автоматически протянула руку, чтобы удержать Илешу от падения, но та отпрянула.
– Что это было? – спросила она.
Карис опустила руку.
– Он.
Губы Илеши скривились, на ее лице промелькнула краткая вспышка сдерживаемой боли. Она отдернула руку от щеки.
– Это такой прием? Одна из твоих извращенных способностей глашатая смерти? Тебе придется постараться, я не…
Ферайн вновь потянулся к ней, но Илеша отшатнулась, сошла со ступенек и что-то произнесла, гневно и горестно. Грудь Карис сжалась от беспокойства, но она отогнала это чувство. Эмоциональный мусор, ничего больше. Лишь присутствие Ферайна все еще эхом отдавалось в ее голове. Она сложила руки на груди.
– Это не прием, – сказала она. – Возможно, некое отклонение, но не прием. Ты хотела мне еще что-то сказать? Кстати, свои деньги можешь оставить себе, я пока не собираюсь покидать Элудию. Давай, попробуй меня заставить.
Илеша пристально посмотрела на нее, на ее лице боролись страх и презрение. Через два дома по улице визжали, не обращая ни на что внимания, маленькие дети. К удивлению Карис, гостья снова шагнула вперед.
– Тогда докажи, – сказала она. – Если это не трюк, докажи мне.
Карис пожала плечами и властно махнула рукой в сторону своей тени.
– Не так я представлял вашу встречу, – вздохнул Ферайн. Гораздо медленнее он спустился по ступеням. – Илеша наблюдала, ее тело напряглось, но на этот раз она не сдвинулась с места. Ферайн коснулся тени у ее ног.
– Привет, – сказал он. – Это я. Мстить пока за меня не нужно.
Она вздрогнула и слегка подняла руки, словно пытаясь отгородиться от звука его голоса.
– Подражание, – сказала она. – Жестоко, но мастерски сработано, признаю. Я не знала, что такое возможно.
– Правда? – Ферайн вздохнул.
– Сохраненные звуки, несколько повторяющихся фраз…
– Я скучал по тебе. Прости, что напугал тебя.
– Напугал меня? – сдавленно переспросила Илеша. – Напугал меня?! Тебя похоронили без могилы, тебя не стало. Первые слухи добрались до меня две недели назад, и молчание МИДа едва ли их развеяло. Напугал? Я не успела испугаться, я уже все прожила внутри себя. Что это? Что ты натворил?
– Это не его вина, – сказала Карис.
Илеша рассмеялась, жестко и безрадостно.
– Правда? Значит, твоя?
– Илеша. – В голосе Ферайна отражалась боль. – Хватит.
Карис прижала ладонь ко лбу, на секунду прикрыв глаза. Она готова была пожалеть Илешу, если бы замечание об извращенных способностях не зацепило ее слишком близко и она понадеялась, что Ферайн за нее вступится. Хотя это было глупо: он не стал бы вставать на ее сторону, а только на сторону своей бывшей невесты, но…
– Ладно, – сказала Илеша, обретя чуть больше самообладания. Она тяжело вздохнула и опустила руку. – Ладно. Объясни мне.
Карис стиснула зубы.
– Может, тебе стоило сначала попросить, вместо того чтобы…
– Карис? – позвала Хаеки.
Карис оглянулась через входную дверь. Хаеки стояла у подножия лестницы, держась за перила. На лице у нее застыла настороженность.
– Что-то не так? – спросила она.
Во рту у Карис сделалось горько. «Теперь ты за меня волнуешься». Часы, проведенные вместе; предчувствие того, что вдруг получится восстановить утраченное, вдруг еще все можно вернуть, вдруг расстояние между ними еще преодолимо и отступник с приверженцем смогут найти общий язык, – вранье. Все это время Нульер была рядом. И Хаеки знала об этом.
– Все нормально, – ответила Карис.
– Ты уверена? – Рыжая держалась твердо. – Если я тебе понадоблюсь…
– Уверена. – Она снова обернулась. – Просто разговариваю с подругой Ферайна. Мы как раз собирались уходить.
– А… Понятно.