– Не… сейчас.
– Сколько же некрата вы приняли? – поинтересовалась Карис.
– Ну, дозу пришлось сначала брать наугад, а потом удваивать. Плюс еще одну – на удачу.
– Единая, зачем?!
Винола слабо улыбнулась.
– Наверное, это врожденное. Любопытство. Я хотела проследить за формулами Ревина и решила, что чем выше доза, тем это будет лучше. Похоже, так и вышло, даже если побочных эффектов оказалось больше, чем я рассчитывала. Я уже всем это объяснила.
Карис нахмурилась.
– Вы подозревали Ревина?
– Просто дурное предчувствие. Когда я говорила с ним накануне разделения, он все время отмахивался от меня, словно знал наперед все, что я скажу. Потом я задумалась о том, как быстро продвинулись его исследования по сравнению с моими, словно он начал их еще до нашего прибытия. – Она пожала плечами. – И как он был добр к Хаеки. Относился к ней с уважением. Вы это тоже видели.
– Потому что он знал, что я Избранная, – с горечью подтвердила Хаеки.
Карис украдкой посмотрела на Илешу, но слова Хаеки, похоже, не стали для нее откровением. «Ферайн, должно быть, все ей рассказал».
– Некрат действительно позволил вам проникнуть за Завесу?
В лице Винолы промелькнула тоска.
– Не уверена. Но я видела чары, и все они были… настолько точно и правильно сформированы. Связны, пусть даже слишком сложны для понимания во всей полноте. Прекрасны. – Она вздрогнула и, казалось, пришла в себя. – Это многое прояснило. Я уверена, что смогу воспроизвести механизм отвлечения Нульер, используя эфиритские производные. Нужно лишь черпать энергию из другого источника. Или из ряда параллельных источников.
– Вот так просто?
– Оказывается, когда видишь, что делаешь, работать гораздо легче. Нет, конечно, меня беспокоит удаление эффекта конструкта или удержание Кармана в открытом состоянии. Но то, насколько закостенела ваша связь… Как будто вы с Ферайном… – Она сцепила пальцы рук, один с другим. – Вы видели?
Сплетение светящихся кристаллических лент, бегущих в воздухе между ними. Карис кивнула.
– Немного.
– Не знаю, возможно ли все это разделить и какой вред от этого будет. – Винола потерла глаза, ее губы сжались от боли. – Конечно, это может и не иметь значения, просто выглядело…
Ее голос затих. Хаеки коснулась ее плеча.
– Все хорошо? – спросила она.
– Это ужасно бесит. – Винола издала стон. – Мои мысли разбегаются во все стороны. Я так устала, что никак не могу заснуть. Даже когда я пытаюсь, вижу свои мысли сквозь стены. Они меняют форму, когда я отворачиваюсь.
– Винола? – По спине Карис пробежал холодок.
– Ненавижу лежать одна. – Ученая, казалось, не слышала Карис. Ее голос звучал встревоженно. – Делается так тихо. Что-то наблюдает за мной.
– Винола, – твердо сказала Хаеки.
Торайгианка очнулась от раздумий, и на секунду ей стало страшно. Она еще сильнее прижалась к стене.
– Извини. – В ее голосе послышалась нехарактерная для нее детская неуверенность. – Линдли говорила мне, что паранойя и бессонница – распространенные последствия передозировки. Это, а еще первоначальная эйфория, потеря самообладания и эмпатии и мания. Вспоминать об этом… как-то неловко.
– Тебе нужно больше спать, – сказала Хаеки.
Винола кивнула.
– Извини, – повторила она. – Я просто хотела… ну… Рада видеть вас бодрствующей, Карис. – Горло Карис пронзила острая боль. – Думаю, что день, когда я встретилась с вами в Сайкамитском институте, был самым счастливым днем в моей жизни. – Винола улыбнулась, прижалась к ней и на мгновение снова стала похожа на себя. – Полагаю, не многие практикующие маги могут похвастаться тем, что видели, как живой Вестник совершает ритуал. Хотя вы все еще должны мне ужин.
Хаеки помогла ученой вернуться в комнату, пока Илеша заканчивала уборку на кухне. Дождь прекратился, но облака оставались тяжелыми и низкими, пронзительно-белыми там, где солнце светило сквозь них, и сланцево-серыми – куда оно не попадало. Карис доела остатки супа. Она не ожидала, что Винола будет выглядеть настолько больной, тем более что прошло уже двое суток. Отвлекшись, она вспомнила о поврежденной коже вокруг ногтей.
Хаеки вернулась с тревогой на лице. Ферайн скользнул к ней.
– Чем ты озабочена? – спросил он.
Она открыла рот, чтобы ответить, но, видимо, передумала. Покачала головой и подошла к окну.
– Она устала, вот и все. Ничего неожиданного. Линдли сказала, что это требует времени, – прервала молчание Хаеки.
– Похоже, галлюцинации вернулись.
Пожатие плеч. На фоне серого света из-за окна силуэт Хаеки выглядел блекло: кожа бледная, волосы прилипли к голове.