Земская молча жевала. Беляши были отвратительными: тесто не пропечено, вязнет в зубах, а в мясе много лука и перца, видимо, оно не первой свежести.
— Я их сама стряпаю, так что ешьте, дамочка, не бойтесь, беляши домашние!
«Может, и мне этим заняться?» — неожиданно думала Марта. Когда-то она хорошо готовила, и особенно ей удавались пироги: с рыбой и грибами, рисом и яйцом, с капустой. Даже мать ей завидовала
Земская не стала брать машину, а поехала на метро, как все. Жадно смотрела на людей, радуясь тому, что свободна. Вошла старушка, и Марта уступила место, но тут поднялся молодой парень, лет двадцати и, смущаясь, предложил свое. Все это ее так растрогало, что она была готова расплакаться.
«Наверное, все-таки не в деньгах счастье, — вдруг подумала она. — Ничего этого за деньги не купишь. Можно уметь радоваться невкусному, но горячему беляшу и тому, что можешь уступить старушке место в. метро. И кукситься от икры и осетрины. Та же Юля заложила нас со Стасом потому, что позавидовала. Моль подлая! Да делай ты что-нибудь, предлагай, добивайся! А то ведь ничего не умеет и не хочет ничего уметь, а гонору на миллион! А я еще с ней тетешкалась, холила ее, оберегала. Боже, какая я дура непроходимая!»
За раздумьями она проехала свою остановку, и пришлось возвращаться. Когда Марта вошла в салон, Лешка чуть не бросился ей на шею.
— А мы тут с ума сходим, не знаем, куда вы пропали, — пробормотал он.
— Станислав Эдуардович у себя?
— Нет, он был, но ему позвонили из больницы, привезли похожую на вас, и он помчался... ну, как бы на опознание...
— Придурок!
— Но мы же не знали, где вы! Вы ушли, а куда — не сказали! И что думать?
Марта усмехнулась:
— Юля здесь?
— Нет.
— Куда она, Коль, поехала?
— Сказала, в статистику.
Все ясно. В статистику ездят сдавать баланс, но квартал еще не закончился и ей там делать нечего. Юля залепила им первое, что пришло в голову. Чует кошка, чье мясо съела. Небось побежала к дядюшке, чтобы обо всем разузнать.
«Побаивается она меня, — усмехнулась про себя Земская, — побаивается! Что ж, и поделом!»
Она прошла в кабинет, включила чайник. На столе лежала пицца, коробка конфет, сырокопченая колбаса. Марта разделась, села за свой стол и несколько минут сидела молча, как бы заново привыкая к нему. Закипел чайник. Она налила себе большую чашку,бросилапакетик «Липтона» и дольку лимона.
Из салона доносились голоса ребят, шумно уговаривавших кого-то купить стойку переднего стабилизатора, самую дешевую во всем СНГ.
«Это они ведь для меня стараются, паразиты! Радуются, что я вернулась, — улыбнулась Марта, и слезы подступили к глазам.— Что это я не в меру сентиментальной становлюсь. Видимо, старею!»
6
Позвонил Костя. В наушник проникал бархатный голос Джо Дассена, напевавшего свой популярный хит «Если б тебя не было». Марта любила этого певца. Под его песни и мелодии пролетела ее молодость. Она в первого мужа влюбилась, потому что внешне он походил на Дассена: светлые кудри, высокий рост, крупные черты лица. Такая же застенчивая улыбка. И Костя, пусть отдаленно, тоже напоминал знаменитого француза.
— Ну как ты?
— Нормально.
— Пока никто не тревожил?
— Тревожили.
— И что? — В его голосе прозвучала неподдельная тревога, и Марте было приятно сознавать, что сын искренне за нее переживает. — Они снова приходили в магазин?
— Нет, вызывали на беседу.
— И что хорошего рассказывали?
— Будем драться, сынок.
— Подмогнуть?
— Ничего, я сама.
— У меня тут есть один действующий генерал-лейтенант авиации, я ему «мерседес» позавчера латал. Вроде мы понравились друг другу. Кроме того, я ему солидную скидку сделал. Давай я ему позвоню! — предложил Костя.
— Нет, не надо. Ты лучше береги себя. Мне так или иначе понадобится надежный тыл, а ты у меня единственный верный мужчина. Я справлюсь. Ты же знаешь меня. Я не позволю переехать себя катком. Во всяком случае, буду бороться до последнего! — Она вытащила платок. — Ты откуда звонишь?
— Из машины. Домой рулю. Приедешь? Я что-нибудь приготовлю вкусненькое. Я тут откопал одно местечко, там продают парную нежирную свинину. Отбивные получатся замечательные. Нежные, как поцелуй ребенка! Я не шучу!
— Я еще не знаю, мне тут надо поговорить кое с кем, заняться делами, и потом я тебе позвоню. Но ты с ужином меня не жди и вообще на меня не ориентируйся, хорошо, Котик?
— Хочешь, я сейчас заеду?
— Нет-нет, поезжай домой! — Марта с трудом сдерживала слезы, но они все же прорвались, брызнули из глаз. — Я тебе обязательно сегодня позвоню. Ты поужинай сам, не жди меня! Слышишь? Я тебя целую, мой Котик, пока!