И Саша подписала документы на развод. Она не верила, что муж разведется с ней из-за Лондона, из-за мечты, она думала — он поймет. Забегая вперед скажу, что не прошло и трех месяцев после Сашиного отъезда, как её бывший муж снова стал чьим-то законным супругом. Такой у него был стиль — жениться на девушках после трех месяцев знакомства. И довольно о нём.
Саша полетела жить в Лондон.
2. КАК САША ПОЗНАКОМИЛАСЬ С НЕЛЕГАЛЬНОЙ ЭМИГРАЦИЕЙ
«Комната чистая, настроение бодрое, холод собачий, все не так», — Саша решила вести дневник своего пребывания в Лондоне, чтобы потом рассказывать своим внукам перед сном, как бабушка стала такой известной… Известной кем, оставалось пока не известным, но дневник Саша все равно завела. На всякий случай.
Первым отрезвляющим фактом оказалась семья, в которую школа определила Сашу жить. Семья была черной. Они, конечно, говорили по-английски и даже родились все в Англии, но это был не тот Лондон, в который Саша так стремилась.
Где овсянка, где чай в пять часов, где английская обходительность? Угольно-черная маман четко определила круг Сашиных прав в их доме и распорядок дня.
— Машинкой стиральной пользоваться нельзя, прачечная через дорогу, нечего мне тут трубы всяким мусором засорять. Домой после десяти не являться — у меня дети малые, плохому научатся, и кавалеров не водить. Душ принимать нельзя — вода дорогая, хочешь помыться — налей ванну на четверть и не плескай вокруг, наплескала — вытри.
Правил было много, но Саша больше не слушала. Она ходила за хозяйкой с полными слез глазам и от отчаянья была готова уже разрыдаться в голос, но боялась, что та ее побьет, так угрожающе выглядела необъятная черная матрона.
Здесь надо наверно сказать, что и с общением и вообще, и с коммуникацией у Саши были проблемы с детства, да и научиться ей этому было особо негде. Дитя студентов, она росла у бабушки, в детский сад почти не ходила и со сверстниками общалась мало. Бабушка была ей и мамой, и папой, и лучшей подругой. Заводить друзей, даже просто поддерживать беседу в малознакомой компании Саше было трудно. Еще труднее, если это надо было делать регулярно, изо дня в день, мило щебетать ни о чем за совместными завтраками и ужинами.
От сложностей и проблем Саша обычно пряталась. Переставала отвечать на звонки, выходить из дома, открывать дверь. В идеале, ей хотелось бы залезть под одеяло и не вылезать пока все не кончится. Что не кончится, спросите вы. Видимо жизнь.
Саша вообще всегда ждала, когда все кончится. В школе — окончания школы, в книге, в фильме, на вечеринке, стоило только чему–то только начаться, Саша начинала ждать, когда это закончится и можно будет остаться одной со своими мыслями и фантазиями.
Исключением был институт, там Саша расцвела. На первом курсе она выглянула из своей раковины и обнаружила, что нравится мальчикам, и что ей нравится нравиться. Она стала следить за фигурой, выщипывать брови и тщательно одеваться. Подруга научила ее правильно краситься, ходить в солярий и объяснила, что натуральный цвет волос — это скучно до тошноты.
Так Саша стала загорелой, стройной и рыжеволосой красоткой, с бровями правильной формы и правильным углом к линии горизонта. Может она и раньше бы стала такой, но ей никто не объяснял, зачем это надо.
Бывают такие люди, которым обязательно нужен ведущий, не начальник, а именно ведущий. Если такого человека правильно организовать, мотивировать и вдохновить, он горы свернет и реки повернет. Но так как все Сашины ведущие остались в прошлом, а муж на такую роль не претендовал, то она довольно быстро вернулась к своему обычному образу, а то яркое и сверкающее время, плескалось в памяти как красивый сон, который теперь Саше предстояло воскресить самостоятельно. А иначе, зачем тогда все?
— Мне работа нужна, может Вы что-нибудь слышали, — Саша робко обратилась к хозяйке после ее пространного монолога. Матрона посмотрела на нее без особого выражения:
— Английский сначала выучи, — бросила мадам и ушла к своим малым детям.
Английский стал следующей отрезвляющей неожиданностью. Саша думала, что знает английский довольно сносно, в школе, по крайней мере, у нее были пятерки. На месте выяснилось, что она не понимает ни единого слова. Нет, конечно если обращаются именно к ней и, глядя в глаза, пытаются донести информацию, она может понять, о чем речь и даже ответить, но в основном полный ноль.
В школе Сашу распределили на средний уровень — интермидеат, для тех, кто может связывать слова в предложения, но еще не может полноценно разговаривать.