А еще у нас появилось самое настоящее радио. Централизованно — в Москве и Петербурге, но подвижники из провинций не сидят на месте, и за личные средства (и некоторые налоговые преференции, потому что Родина на созидательные порывы должна поощрять) разворачивают в своих городах собственное радиовещание с местными новостями, песнями и чтениями вслух отечественной классики — примерно такой же репертуар и в столицах, с поправкой на регулярные выходы в эфир меня и министров, обязанных лично разъяснять изменения в жизни Империи. Мои личные эфиры более расслабленные — я зачитываю вопросы из писем подданных, отвечаю на них и немного решаю добравшиеся до моей личной Канцелярии проблемы. Людям нравится — настолько маленького «буфера» между правителем и народам нигде в мире доселе не было. Ну хороший Царь, а кто иначе считает — тому по морде крепким пролетарским кулаком!
С оборудованием пока не очень — приемников мало, и работают они через провода и розетки. В большинстве многоквартирных домов такие в подъездах висят, и от этого сами подъезды становятся местом сборов жильцов со всеми вытекающими: обрастают мебелью, цветочками и содержатся в чистоте — себе-то под нос кто гадить станет? Только идиот, а такого быстро научат уважать окружающих.
Компенсируется недостаток приемников трансляциями из мегафонов на фонарях — этакая высокотехнологичная замена глашатаев, как окрестили новинку журналисты. Газетчики через свои «общества» и лоббистов жалуются — мол, убьет радио газеты, но это они от страха: в реальности тиражи печатной продукции стабильно растут год от года, вслед за увеличением уровня грамотности населения и удешевлением производства. Газет теперь так много, что, прости-Господи, из них не только цигарки крутят, но и в отхожих местах используют. Горжусь таким достижением Родины, как бы смешно не звучало — еще десяток лет назад о таком можно было только мечтать.
Ладно, выбрасываем приятные мысли из головы и настраиваемся на многочасовое общение с погонами, мундирами да повышенную громкость вокруг — благо приезд неожиданный, и никто многотысячных парадов в мою честь устроить не успеет.
Планировать «маленькую победоносную войну», которая, как водится, будет проводиться «малыми силами» и сугубо «на вражеской территории», очень приятно. Таковой забаве мы с генералитетом немного предавались, но с оговоркою, что мечтать не вредно. Готовиться надо к худшему сценарию — это когда Вильгельм меня подло кидает, склонив к тому же и японцев, и России приходится воевать сразу на Востоке и Западе, с подключением к кольцу врагов дополнительного участника в лице США. Да, «турка» сейчас деградирует не по дням, а по часам, кайзер меня кидать не собирается, америкосы совсем не те, чтобы на равных тягаться со старыми игроками, а по Японии уже три десятка памятников мне любимому стоят, а «Георгий» стало одним из самых популярных имен для мальчиков. Но если деньги есть, почему бы не развернуться во всю Имперскую мощь?
Когда-то у нас уже была Черноморская береговая оборонительная линия. Потребна она была в числе прочего для скорейшего замирения Кавказа, откуда многие десятилетия на наши земли набегали нехорошие товарищи, чиня разбой и убийства. Потом случилась Крымская война, за нею — очередные геополитические сдвиги, и вышеописанная линия была демонтирована за ненадобностью.
Ныне, помимо очевидного укрепления Крыма и береговых крепостей около крупных черноморских городов, мы укрепляем приграничные территории около Турции. Тем же самым заняты и турки. Граница в ходе Балканской войны слегка отодвинулась, но строить укрепления мы начали еще до этого, а двигать не стали — теперь между нашими странами имеется весьма мрачная безлюдная многокилометровая пустошь, изрытая воронками — для учебных стрельб пользуемся, заодно транслируя турецким пограничникам былинное «ужо мы вас».
Сегодня мы инспектируем линию укреплений, берущую начало у Батуми. Бункеры, огневые и наблюдательные позиции щедро раскиданы по гористой местности, и я не знаю кем нужно быть, чтобы пытаться штурмовать их пехотой. Очень хорошо, что турки точно такими же неприступными считают собственные позиции — у нас-то есть открывашка к этой консерве, так что пускай враг спокойно закапывает в землю мегатонны бетона и стали, опустошая и без того хилую казну.
Погрузившись во встретивший нас кортеж в компании десятка взволнованных генералов, мы прокатились до ближайшей крепости и часок побродили по укреплениям — я не стеснялся замерять толщину стен рулеткой и даже лично стучал по показавшимися подозрительными сегментам кувалдой. Поверхностному осмотру подверглись и склады с выборочным осмотром придирчивым изъятого из мешков и ящиков добра. Пользуясь случаем, я велел премировать штатных крепостных котов — мышей и крыс здесь нету, бдят пушистые стражи!