Коричневая точка впереди приобретала все более выраженные очертания при приближении, а не таяла в руках, как два миража ранее. Тома больше забавляла эта погоня за иллюзией, чем бесила. Он видел параллели со своей жизнью. Однажды он уже шел через заснеженный лес, поэтому сдаваться перед кучей песка и игрой огненного шара точно не собирался. Это точно не был мираж, до палатки (как выяснилось позднее) оставалось метров пятьдесят. Около жилища находилось пепелище костра и косточки от рыбы, птичьи перья. Место точно являлось жилым, хотя каким образом у Тома и мыслей нет. Вокруг пустыня, ни воды, ни животных, кроме змей и скорпионов. Парень ходил вокруг палатки, но не смог найти вход, будто её вмуровали в песок. Верить в отсутствие людей не хотелось. Не оставалось ничего лучше, чем просто лечь в тень от маленького дома и поспать, может быть, кто-нибудь, да и явится.
Том проснулся уже ночью, когда на раскаленную пустыню опустилась тьма. Парень ни разу не был в окружении такой природы. Звездным небом его не удивишь, жизнь в глухом лесу без источников света открывала неповторимый вид. Однако, лежа сейчас на ледяном песку и смотря в чистое небо, захватывало дух. Ему только и оставалось в жизни, как любоваться миром. С социальной частью постоянно выходила какая-то беда. Внимание привлек звук потрескивающей древесины и острый запах рыбы. От образовавшейся слюны можно уже создать оазис, да подросток не погибал от голода, но телесных мук прибавляло. Парень подскочил с места и направился к гастрономическому шедевру, по мнению его воображения. Аккуратно выглянув из-за палатки, он увидел сгорбившегося мужчину, который жарил на палке довольно большой экземпляр неизвестной рыбы. Сложно было подобрать слова, когда появляешься из-за угла чужого жилища посреди пустыни.
- Том, может прекратишь прятаться и следить за моим ужином? – Старик почти шептал, но оборотень услышал каждое слово. Рука вырвалась из прикрывающей тело мантии и положила рядом с костром еще одну палку с рыбой поменьше. – Вот тебе свой.
- Вы говорите на английском? – Парень не знал, чему удивится больше: тому, что старик знал английский язык или его имя. Вообще ситуация уже давно вышла из логических рамок, поэтому стоило отключить мозги и пожарить чужую добычу.
- Может, это ты говоришь на шумерском? – Дедок оказался с чувством юмора и говорил загадками. Только загадок подростку и не хватало. Том сел напротив странного собеседника. С точки зрения внешности нельзя было выделить отдельные черты лица, обычный человек. Интересны были лишь глаза, которые сияли подобно звездному небу над ними. Может даже ярче его собственных. – У тебя есть ко мне вопросы?
- Вы мне на предыдущие не ответили. Как вас зовут? Откуда вы знаете мое имя? – Родившись в семье, которая, по сути, была собирателями и охотниками, парень мог приготовить что угодно. Рыба на его памяти жарилась от силы двадцать минут. Том увлекся тем, как равномерно кожица рыбы меняла цвет и языками пламени впереди. На душе было максимальное спокойствие, впервые за семьдесят лет.
- Я не помню своего имени. Не столь важно, кто говорит, на каком языке. Ты же не у каждого старика спрашиваешь имя, и каким языком тот владеет. – Подозрительный-интересный мужчина перевернул свою рыбку другой стороной, пристально всматриваясь в огонь. – Может, у тебя есть вопросы поважнее и поинтересней?
- У нас, возможно, различаются взгляды на мир. – Старик только улыбнулся недоверчивости подростка лишь на вид. Собрав верхний слой песка там, где играли тени от огня, и перебрал несколько песчинок в пальцах, кинул в пламя. Из языков костра принялись собираться в птицы и бабочки, взлетая вверх. Однако, не успев, подняться на пару метров исчезали, рождая стопы разноцветных искр. Том сидел, раскрыв рот от удивления, его глаз вспыхнули голубым. – Вы же шаман? Я только слышал о вас, но никогда не видел. Только вот думаю, моя природа не понравится вам.
- И моя тоже. – Старик улыбнулся, когда у Тома брови вздернулись вверх. – Хватит ходить вокруг да около. Давай нарушим абсурдность ситуации хоть немного.
- Расскажи об оборотнях. Почему все хотят убить тех, кто не похож на остальных? Откуда взялась эта война? Информации нет нигде. Я в принципе тут, чтобы найти руины древнего города. По слухам, там впервые нашли упоминания о людях-волках. – Парня прорвало. Раз уж он сидит здесь перед костром с рыбой неизвестного происхождения, посреди пустыни, с по всей видимости мутировавшим шаманом, почему не задать пару мучивших вопросов?
- Ты так и не задал самого главного вопроса. – Шаман тяжело вздохнул и немного грустно посмотрел в глаза Тома. – Сначала я отвечу на вопросы твоей совести, а потом удовлетворю любопытство. Ты не виноват ни в чьей смерти. Определенные вещи должны случиться в жизни, чтобы научить нас чему-то в будущем. Каждое событие будет иметь за собой определённые последствия и свои плоды.
- Спустя столько лет, я начинаю забывать их лица и имена. Меня пугает сама мысль, что я не смог спасти тех, кто дорог, что скоро их жертвы даже набросками не останутся в памяти. – Подросток склонил голову. За прошедшие года он впервые говорил то, что не давало ему уснуть лишние пару часов. – Вокруг меня все погибают.
- Эту проблему можно решить. – Старик усмехнулся, глядя в заинтересованные глаза подростка. – Наш мир намного сложнее, чем может показаться. Каждый, кто стал оборотнем, сверхоборотнем или другим проявлением сущности является частью очень большого пути. Война между оборотнями дело редкое и случается только в крайних случаях. Войны устраивают люди. В нашем случае, охотники. Изначально, они поддерживали баланс, жили в согласии с природой, но зависть и жадность сыграли свои роли. И страх. Они боялись того, что не могли контролировать, сверхоборотней. Все имеет свой смысл. Почти все в мире это люди, а потом волки, достигшие высшего понимания себя. Самый простой пример – это ты. Твоя сущность – это жизнь. Тело несет вирус, но его сверхъестественная составляющая бессмертие. Первая сверхбанши являлась самой сутью смерти. Простые банши всего лишь крупицы её силы. Реки, радуга и многое другое – это шаманы. Думаю, не стоит все перечислять. Твое проклятие, относись к нему, как к способности принести в этот мир что-то новое.
- Офигеть, - только и смог выговорить Том. Не укладывалось в мозгу, что вещи вокруг раньше были живыми или почти живыми. Сложную связь между определенными фактами еще трудно проследить, но подросток концентрировался как мог.
- Мне нравится это слово. – Старик улыбнулся и почесал свою редкую бороду. – Если ты останешься со мной, завтра я покажу тебе, как можно попытаться раскрыть свой потенциал. Найти бы время на это. Твоя рыба сейчас сгорит.
- Ай! – Парень убрал начинавшую подгорать добычу от языков пламени. В один момент, ему показалась очень забавным фраза старика. Он знал, что, Том бессмертен, времени у него целый вагон. Спустя семьдесят лет, он смеялся от души. – Я как-нибудь постараюсь выкроить часок из своего бессмертия!
- Не уверен, что одного часа хватит. – Дед снял свою рыбу и принялся отделять кожу от мяса. Запах свежеприготовленного блюда забил нос оборотню. Плюнув на положенную и полусырую рыбу, Том тоже решил начать есть. Он бы её и живую проглотил с чешуей. – А какое воплощение несешь в себе ты, старик?
- Самому скоро двести стукнет. Старик! – Дед театрально взмахнул руками, его ни капли не задело прозвище мальчишки. Кудрявый улыбнулся на столь бурную реакцию собеседника, глотая почти прожаренный кусок. – За время, пока мы будем здесь находится, я отвечу на многие твои вопросы и постараюсь научить чему-то. Я воплощаю время.
***
Том опять плелся по горячему, словно лава, песку. Только теперь он хотя бы был не один. Его новый друг-наставник решил отвести в «очень значимое» для подростка место. Солнце сжалилось над странниками, или это уже какие-то глюки, навеянные пустыней, парень точно понять не мог. Лучи не выжигали кожу и не пекли голову, как вчера, поэтому оставалось молиться, что это все «магия» шамана. Наставник шел уверенным шагом, не останавливаясь ни на секунду, хотя барханы не отличались друг от друга. Вопрос о светлом рассудке все чаще всплывал в собственной голове.