— Ну что ж, теперь мы с вами одна семья! — сказал он.
— Так кто же отцы? Теперь-то можно узнать? — тут же спросила нетерпеливая Игонина.
— Видите ли, нет никаких отцов. — Лазарев поочерёдно посмотрел в глаза каждой из девушек.
— От духа святого, что ли, рожать будем? — не унималась Алла.
Остальные молчали, но на лицах явно читалось недоумение.
— Вы будете рожать клонов великих людей. Поэтому всё так и засекречено.
После этих слов девушки заметно взволновались и, кто тише, кто громче, начали засыпать его вопросами:
— Клонов?
— Уже есть такие технологии?
— А это законно вообще?
— А такое кто-нибудь уже делал в мире?
— Это опасно?
— А как это физически всё будет происходить?
— От каких великих?
— А великие в курсе?
Лазарев замахал ладонями перед лицом и постарался перекричать поднявшийся шум:
— Тихо, тихо! Прошу вас, успокойтесь! Программа государственная, всё законно, всё совершенно безопасно для вас! Пожалуйста, позвольте мне продолжить!
В аудитории наконец наступила тишина. Тогда он продолжил:
— Итак, я повторяю: всё абсолютно законно. Вы находитесь в полной безопасности в государственном научно-исследовательском центре. Мы уже давно занимаемся вопросами клонирования и продвинулись в этом деле очень далеко, намного дальше американцев и европейцев. Уверен, что вы родите совершенно нормальных, здоровых детей, которые будут ходить в обычную школу. Мы очень надеемся, что со временем в детях начнут просыпаться таланты — такие же таланты, как у их прототипов. Собственно, в этом и заключается наша с вами цель — вырастить новых гениев. Воспитывать их как-то особенно не нужно, способности должны проявиться сами, а со временем мы посмотрим, кому и чем сможем помочь, чтобы талант раскрылся максимально полно. А, чуть не забыл, есть одно ограничение: вы сможете дать своим детям имена по своему усмотрению, но с условием, чтобы первая буква имени клона совпадала с первой буквой имени клонируемого. А в остальном вы вольны воспитывать детей так, как подскажет вам ваше сердце. Поймите, вы не рабыни. Вы можете остаться в проекте или покинуть его. Но решить это вам нужно будет очень быстро. Те, кто захочет покинуть проект, пройдут сеанс гипноза: из вашей памяти будут стёрты этот разговор и несколько предыдущих дней, в течение которых вы общались с моими помощниками. Это условие было прописано в договоре. Проект «Эволюция» настолько засекречен, что лишь несколько моих сотрудников знают, что именно будет здесь происходить. Большинство персонала, с которым вам придётся общаться, уверены в том, что мы всего лишь совершенствуем технологии искусственного оплодотворения для рождения близнецов. Вы должны понимать, какая ответственность ложится на ваши плечи. Никто — ни ваши родители, ни ваши лучшие друзья — не должен узнать о клонировании. Сейчас я готов ответить на любые ваши вопросы, а потом дам вам три дня на раздумья, и… либо вы остаётесь в проекте, либо навсегда забываете о нём.
— Скажите, Сергей Дмитриевич, — Татьяна Саганович подняла руку, как на школьном уроке, — а мы никогда-никогда не должны будем ничего рассказывать про клонирование?
— Если всё пройдёт успешно… — Лазарев сделал небольшую паузу, — а я уверен, что всё пройдёт успешно… то очень скоро о нашем общем проекте и лично о каждой из вас узнает весь мир. Нам будет нечего скрывать. Напротив, мы будем гордиться нашей работой, нашими детьми. И мы будем рассказывать об этом совершенно открыто.
— Даже по телику могут про нас показать? — спросила Алла.
— Даже по телику, — улыбнулся Лазарев.
* * *
По прошествии трёх дней все четыре девушки приняли решение остаться в проекте. Лазарев был рад, что ему не придётся проводить новый отбор. Единственное, что его смущало, это поведение Аллы Игониной. Иногда она задавала странные вопросы, вроде: «А не грех ли это?», но Сергей Дмитриевич списывал на то, что девушка была из очень простой сельской семьи, окончила всего восемь классов и была очень уж далека от науки. Но зато у неё было отменное здоровье и своеобразное чувство юмора, остальные участницы эксперимента полюбили её за простодушие и природную доброту. Вообще же девушки быстро сдружились, и их не пугал тот факт, что им придётся провести в тесном общении много месяцев. Заводилой в их небольшой компании стала Оля Исаева, которая буквально через неделю уже уговаривала новых подруг отправиться вместе с ней в поход на Эверест. «Для такой команды, как мы, нет недоступных вершин!» — говорила она. Таня Саганович и Лена Кононова были тихими и спокойными. Татьяна волновалась только о том, когда она сможет снова выйти на работу: она мечтала в будущем сделать цементное производство безвредным для окружающей среды. А Лена немного беспокоилась о своих учениках, особенно о каком-то Алёше из 5-го «А», который всё время путал египетских фараонов.