Завтра ни за что не поплыву вместе с мамой. Потому что когда мы с ней на одном плоту, я ни о чем не могу говорить. Она комментирует все, что я скажу. Все время только и слышишь: «Эми, а я и не знала, что ты хочешь поехать в Китай. Эми, я и не знала, что ты хочешь научиться грести. Эми, я и не знала, что ты боишься летать на самолете». Не желаю открывать перед ней душу. Жаль, что я не поехала сюда одна.
Когда мы вернемся, мне придется выбирать колледж. Может быть, при этом удастся сбросить вес. Я хочу поступить в наш местный университет. У мамаши же в голове сложился следующий список: Гарвард, Йель, Браун, Беркли, Стэнфорд, Амхерст, Принстон. Она говорит, что всякий человек, у кого отличная успеваемость, должен метить высоко. Я ее УБЬЮ, если она кому-нибудь скажет про мои оценки.
Может, будет лучше поступить в колледж на Аляске — там я буду носить шубу триста шестьдесят пять дней в году, и никто не заметит, что я толстая.
День пятый
От порога на шестидесятой миле до Папаго
Глава 21
День пятый. Литл-Колорадо
Утром на следующий день плоты приблизились к слиянию с Литл-Колорадо. Джей-Ти сразу же понял, что выше по течению не было дождя, потому что приток, как обычно, отливал своим загадочным аквамариновым цветом. В жаркий летний день вода в Литл-Колорадо бурлила как в пригородном аквапарке, но Джей-Ти все равно решил остановиться на привал, и не только потому, что Митчелл твердил об этом все утро. Несомненно, это место пользовалось очень большой популярностью. Вода была теплая, так что можно было плескаться и плавать в заводях возле водопадов.
В тот день там собралось не меньше двадцати плотов, поэтому Джею-Ти пришлось долго маневрировать, прежде чем удалось найти местечко в рядах этой флотилии. Перед сходом на берег Джей-Ти предупредил пассажиров о хрупкости туфовых карнизов примыкающих к воде утесов. Используя Эбо в качестве манекена, он показал, как надеть жилет, чтобы он наподобие подгузника защищал от ссадин. Потом он отпустил путешественников на волю, и те бросились вверх по течению, намереваясь присоединиться к толпе других туристов, визжавших, плескавшихся, катавшихся по водопадам, сцепившихся паровозиком и летавших, раскинув руки и ноги, с оглушительным хохотом. Джей-Ти уже привык ко всему этому за время своих многочисленных посещений Литл-Колорадо. Большинству взрослых не доводилось так смеяться со времен учебы в началке.
Пока путешественники блаженствовали в теплой синеве реки, Джей-Ти обходил один за другим плоты в поисках бинтов и марли. В это утро Ллойд сам взялся сменить повязку на ране Руфи. Он сделал это педантично и тщательно, щедро обмотав ногу бинтом. Конечно, в амбулаторных условиях так и следовало поступить, но на реке, увы, надо было помнить о том, что у них дефицит перевязочного материала. Когда Джей-Ти осознал, что случилось, Ллойд уже вскрыл последнюю упаковку.
Неужели Руфь забыла, как мало у них бинта? Почему не остановила мужа? Иногда Джей-Ти только диву давался, насколько рассеянны и непрактичны бывают хорошие, умные люди.
Но сегодня ему повезло, поскольку у ребят на понтоне нашлось немного запасных мотков. Пополнив запас, Джей-Ти взял пса на поводок и поднялся на невысокий холм — туда, где гиды обычно оставляли друг другу сообщения.
Именно здесь много лет назад он оставлял любовные записки девушке по имени Мак, обычно выходившей на маршрут днем позже, пока они наконец не синхронизировали свои расписания, — и тогда вопрос заключался лишь в том, на чьем плоту спать. После трех лет такой жизни, однажды вечером, они отправились в Лас-Вегас и поженились; через год родился Колин, и Мак на несколько сезонов рассталась с рекой, за что так и не сумела его простить. Джея-Ти, а не Колина. Мак души не чаяла в сыне, с мужем же она редко достигала согласия в том, что касается вопросов воспитания, не поддающихся решению походными методами Колорадо. Мак упрекала Джея-Ти всякий раз, когда тот отправлялся в поездку, а он напоминал, что это ее выбор — не оставлять ребенка на две недели; он был бы рад побыть с Колином и дать Мак возможность проделать хотя бы пару спусков в сезон. Но это не помогло. Мак устремляла на него полный немого укора взгляд всякий раз, когда он возвращался, и они наконец решили, что Колину лучше иметь двух относительно счастливых родителей, обитающих порознь, нежели жить в несчастливой семье. Таким образом Джей-Ти и оказался отцом-одиночкой, с сыном на руках. При этом Колину он всячески пытался привить речной дух, но сын явно предпочитал земную твердь. В общем, он возглавлял отдел недвижимости в юридической фирме в Финиксе и критиковал отца за то, что у того нет настоящей работы с пенсией в перспективе.