— Есть немного, — безмятежно отзываюсь я, поправляя платье. — Но мне правда интересно. Мне кажется, любой мужчина был бы рад такому предложению. Что не так?
— Я — не любой, Лиз, — отчеканил Корсаков, смерив меня убийственным взглядом. Выдержать его действительно было сложно, поэтому я решила осмотреть пустующий паркинг.
Но ведь пустует он не всегда, здесь же бывают и люди. С ума сойти, неужели я действительно могла бы полностью отдаться моменту, если бы Саша меня не остановил? Но почему он всё-таки это сделал? Секс на парковке не в его правилах? Или это так некстати проснувшийся в нём рыцарский дух? Правда я сомневаюсь, что его надолго хватит на одни лишь просмотры фильмов в тёмном парке под луной.
— У тебя были такие отношения? И тебе не понравилось? — делаю я вероятнее всего глупое предположение. Ну какому мужику в здравом уме и твёрдой памяти могут не понравится отношения без обязательств? Но это помогает разрядить обстановку.
— Были. И нравилось, и не нравилось, — усмехается в ответ Саша. — Дело не в этом.
— А в чём?
— Я хочу всё, а не только секс, Лиз. С тобой я хочу всё. Чёрт, да неужели по мне не видно?! — восклицает Саша, в его голосе сквозило искреннее непонимание с примесью раздражения. Пальцы сзади руль до побелевшим костяшек. Кажется, я всё-таки смогла его разозлить. — А я привык получать всё, что хочу, и не соглашаться на меньшее.
— Вот как… — задумчиво протянула я, возвращаясь мыслями к спору с Мереминским.
Всегда добиваться желаемого — это похвально. Но стал бы он добиваться моего расположения без этого чёртова спора? Или просто прошел бы мимо, не удостоив вниманием?
— То есть в оставшиеся две с лишним недели пощады не ждать? — усмехаюсь я, стараясь скрыть за улыбкой скопившуюся горечь. И усталость от того, что не могу получить ответы на давно мучающие меня вопросы.
— И не рассчитывай, — улыбнулся в ответ Корсаков, оставляя лёгкий нежный поцелуй на моих губах. — Кажется, мы бессовестно сильно опаздываем к Ярику.
Глава 19
Мы заходим в лифт, который должен отвести нас на самый верхний этаж. Я уже предвкушаю, какой оттуда открывается вид. Пытаюсь собрать в одну кучу разбегающиеся мысли, но это непросто после таких поцелуев. Да и последующий разговор с Александром третьим не принес облегчения, а ещё больше меня запутал. Как будто между нами осталась некая недосказанность.
Смахиваю несуществующие пылинки с плеча Корсакова и пытливо заглядываю в глаза:
— Я правда тебя не понимаю.
И это было справедливо не только по отношению к недавнему безумству в машине. Истинного отношения ко мне Александра третьего я тоже не понимала.
— Я не хочу, чтобы ты кому-то что-то доказывала, — Корсаков перехватывает мои руки, крепко сжимая ладони. И снова этот дымчатый взгляд проникает куда-то в область сердца, согревая своей теплотой. — Даже самой себе.
М-да. Если я ни черта не понимала Корсакова, то он порой читал меня, как открытую книгу. И мне это не нравилось.
Двери лифта медленно отъехали в сторону. Саша переплёл наши пальцы и потянул меня за руку, чтобы вывести на просторную лестничную площадку. Всего две квартиры на этаже в разных крылах здания, с ума сойти! Красивый мраморный пол, по которому стучали мои каблуки, причудливо выложенный рисунок мрамором на стенах — какая-то абстракция с чёткими геометрическими линиями. Да, неплохо устроился Мереминский.
— Готова? — шепнул мне на ухо Саша, перед тем как распахнуть входную дверь.
— Помни, о чём мы договаривались, — я сурово посмотрела на Корсакова, взывая к его совести. — Мы — не встречаемся.
Саша в ответ лишь тихо засмеялся, одной рукой приобнимая меня за талию, когда мы вошли внутрь.
Мои глаза не сразу привыкли к окутавшему нас полумраку. Огромное помещение с барным островом в отдалении, танцовщицы в каких-то экзотических, странных нарядах извивались на круглых подиумах. Кирпичную кладку в стиле лофт освещали небольшие неоновые надписи, но я не могла разобрать, что на них было написано. В углу я даже заприметила диджея, но музыка пока играла больше для фона и атмосферы. Никто из гостей не танцевал, в основном все распределились по компаниям — одна часть захватили бар, другая оккупировали мягкие диваны и кресла, а третьи стояли и потягивали коктейли. Ещё несколько человек находились на открытой веранде.
Какие-то из Сашиных знакомых, проходя мимо нас, пожимали ему руки или перекидывались парой слов. На меня смотрели с интересом, но, к счастью, никаких вопросов не задавали, и просто шли дальше, растворяясь в потоке гостей.
— Детка, ты просто космос! — орёт рядом знакомый голос. Я почувствовала, как рука Саши моментально напряглась. Корсаков сильнее прижал меня к себе, а я сфокусировала взгляд на маячившем впереди недоразумении. Том самом, что орал мне в клубе про сиськи. В этот раз он их тоже вниманием не обделил. Идея с открытым платьем уже не казалась мне такой уж удачной. И как он так быстро меня узнал?! — Корс, познакомь нас уже наконец-то.
Высокий, поджарый, с копной тёмных, отдающих в рыжину волос и маслеными глазами, цвет которых я с трудом могла разглядеть. От парня за версту несло безграничной наглостью и самоуверенностью.
— Глаза поднял, слюни подобрал с пола и двинул в сторону бара, — голос Саши звучал низко, с лёгкой хрипотцой и нотками стали, которые непрозрачно намекали, что ослушание крайне нежелательно для стоящего рядом парня. — Игнат, я не шучу.
— Тяжёлый случай, — пробормотал тот, что больше мне известен как Спок и любитель буферов и добавил в сторону в кулак что-то нецензурное.
— Ты весь вечер будешь, как сторожевой пёс, всех от меня отгонять? — рассмеялась я, пытаясь снять напряжение. Чёрт, мы всё-таки сюда отдохнуть и повеселиться пришли, а Корсаков решил сразу же активировать режим «Отелло».
— Таких, как Игнат, без тормозов, надо сразу ставить на место, — Саша решил немного пройтись по квартире. Вероятно, чтобы отыскать Мереминского. — Или посылать куда подальше, чтобы сохранить нервные клетки себе и окружающим.
— Нормального ты мнения о своих друзьях, — хмыкнула я.
— Он не друг, а знакомый. Друг у меня теперь только один — Ярик. А вот кстати и он. Как говорится, помяни чёрта…
— Вот это поворот! — вопит громко Ярик, от чего все присутствующие здесь гости сразу же сосредотачивают свое внимание на наших скромных персонах. Мереминский подлетает к нам, крепко жмёт руку Саше, хлопая его по плечу. И заключает меня в объятия на несколько секунд, ровно столько, чтобы показать своё радушие и при этом не получить по шапке от лучшего друга. По крайней мере, злобного огня в глазах Корсакова по отношению к Яру, я не заметила. Зато он очень внимательно каким-то трудночитаемым взглядом смотрел в этот момент на меня. — Сань, ты бы хоть предупредил, что будешь с такой прекрасной дамой. Я парочку отморозков бы без приглашения оставил и вообще…
— Ты был не в курсе, что я приду?! — возмутилась я.
— Этот тип теперь безбожно темнит насчёт своей личной жизни!
— Кто бы говорил, — пробурчал в ответ сзади Саша, размещая руки у меня на плечах, будто демонстрируя всем окружающим «это — моё». Для полноты картины не хватало только гавкнуть, и от одной мысли об этом мне захотелось рассмеяться.
— Ну не скажи. Я вот как раз сегодня планировал тебя с ней познакомить. Вы, ребятки, будете очень удивлены, — Ярик сверкает глазами и говорит чуть громче обычного. У меня есть подозрение, что он уже слегка выпил. Впрочем, впереди были майские праздники, и человек имел полное право расслабиться так, как считает нужным.
— Санчо-о-о, — раздались где-то в отдалении громкие возгласы вперемешку с топотом ног. Какие-то здоровые детины пробирались к нам, расталкивая толпу во все стороны.
Выглядели они все примерно одинаково — высокие, крепко сложенные, смахивающие на постоянных посетителей тренажёрного зала. Подробнее рассмотреть их внешность я не успела, потому что мое внимание привлекли предметы, которые они держали в руках: какое-то красное полотно ткани, зажжённые благовония и огромная корзина с лепестками.