И не обманул ведь ни капли!
Глава 3. Сказки и были Иномирья.
В тени косматой ели,
Над шумною рекой
Качает чёрт качели
Мохнатою рукой.
Качает и смеётся,
Вперёд, назад,
Вперёд, назад.
Доска скрипит и гнётся,
О сук тяжёлый трётся
Натянутый канат.
Снует с протяжным скрипом
Шатучая доска,
И чёрт хохочет с хрипом,
Хватаясь за бока.
Держусь, томлюсь, качаюсь,
Вперёд, назад,
Вперёд, назад,
Хватаюсь и мотаюсь,
И отвести стараюсь
От чёрта томный взгляд.
Над верхом тёмной ели
Хохочет голубой:
— Попался на качели,
Качайся, чёрт с тобой!
Федор Сологуб
А вы знаете самую печальную историю о молодой загубленной жизни? Нет, это не про Ромео и Джульетту. Про Бабу Ягу! Неужели никогда даже не слышали? Ну, тогда я прямо сейчас вам её и расскажу.
Жила-была на белом свете юная и прекрасная девушка. Женихи к ней, как пчёлы на мёд, со всех концов света слетались. Гордая она была, ибо цену себе хорошо знала. Не хотела абы на кого свою красоту и молодость потратить, всё ждала принца на белом коне. Долго ждала, пока однажды не приехал почтальон и не привёз ей пенсию. Глянула она в зеркало и ужаснулась, насколько за время ожидания постарела: волосы седой паклей висят, всё лицо в морщинах, зубы торчком, нос крючком. Кому она теперь такая страшная нужна?
Осерчала старуха на весь белый свет, что её неземную красоту по достоинству вовремя не оценили. И стала мстить всем молодым да красивым, чтобы им, как и ей, счастья испытать не довелось. А в наказание за нрав злобный да мстительный «одарили» её боги вечной жизнью. И живёт она уже так долго, что настоящее имя её давным-давно забылось, а все зовут старуху просто Бабой Ягой.
Поверили? А я пошутил! На самом деле всё иначе было. По словам упырёныша, Баба Яга действительно когда-то первой красавицей на всю округу слыла. И жених у неё красивый да богатый имелся — никто иной как сам Иван-царевич! Да, да, тот самый, про которого столько разных сказок понапридумывали. Только что-то у Яги с царевичем со временем разладилось, и Иван женился на царевне Несмеяне, а Баба Яга так и осталась одна-одинёшенька свой век вековать.
Хоть упырёныш и уверял меня клятвенно, что никто на всём белом свете не в курсе, какая кошка между влюблёнными пробежала, мне кажется, что основная причина тут в социальном неравенстве. Вот сами посудите: кто такая Яга? Живёт она в дремучем лесу в избушке на курьих ножках, то есть самая что ни на есть провинциалка. А Иван-царевич — штучка столичная. Да ещё и царских кровей. А Яга без титулов, без роду-племени, то ли мещанка, то ли вообще крестьянка. Не ровня она царскому сыну, короче. Наверняка папка с мамкой не позволили Ивану на простой девушке жениться, присмотрели они ему невестушку более подходящую. А жениху родительской воли ума не хватило ослушаться. Вот и разошлись царевич с Ягой, как в море корабли.
Печально, да? Только неизвестно ещё, кто от такого развития событий больше выиграл: Иван или Яга. В царском тереме жить — не щи лаптем хлебать. Всяк тебя норовит носом ткнуть, что ты либо рожей, либо родословной для царских палат не вышел. Жаль только, что Яга так себе спутника жизни и не нашла. Может, любила царевича сильно, а может, в мужиках с того времени разочаровалась.
Все эти глупости беспрестанно у меня в голове крутились, пока мы с упырёнышем брели по лесу, и я у него об обитателях Иномирья выспрашивал. Брели, брели и как-то внезапно у избушки на курьих ножках оказались. Легендарное недоверие Яги к сильному полу напрочь опровергала старая берестяная грамота, криво-косо приколоченная к покосившимся воротам большим ржавым гвоздём: «Дружбу не предлагать, только замуж. Коротко о себе: волшебная на всю голову». Ниже ещё что-то было накарябано, но береста столь густо покрыта копотью, что остальное разобрать невозможно. Сжечь, что ли, кто эту грамотку пытался?
Заметив, с каким интересом я рассматриваю разномастные кривоватые буквы, упырь — оказывается, его зовут Умир, что означает «умиротворение» — ласковой усмешкой мне поясняет: