Она напрягается, стоит нам оказаться в одной очереди у гардероба с тем самым чуваком, который едва не прожёг её взглядом во время концерта. Я бы с превеликим удовольствием поставил парочку эксклюзивных источников освещения на его смазливой физиономии, но Алинка, точно услышав мои мысли, впивается в мой несчастный локоть обеими руками, тянется к уху и шепчет:
– Спасибо, что составил мне компанию. Я очень это ценю.
– Да без проблем, – отвечаю оторопело.
И чёрт дёргает в этот момент посмотреть на мутного чувака. Тот сверлит Алинку взглядом, но и это не самое противное. Она смотрит на него в ответ, ожидая какой-то реакции.
Всё тело, каждую его долбаную клетку прошивает молнией: она играет со мной. Использует. Чтобы вызвать ревность у того чувака, что заставил её рыдать. А я как последний дурак поверил в какой-то фильм. И в то, будто мне что-то светит.
Глава 8. Алина
Домой ехали молча, погрузившись каждый в себя, но напряжения, которое непременно бы возникло, очутись я в одном автобусе, скажем, с тем же Пашей или с кем-то из однокурсников-духовиков, это не вызывало. Наоборот, было естественным и привычным. Я всё прокручивала в голове самые лучшие моменты сегодняшнего концерта – а нужно признать, все они были лучшими! – и искренне надеялась, что мой друг не жалеет о зря потраченном времени. Всё же я иногда забываю, что Даня так же далёк от инструментальной музыки, как я от высокой кулинарии.
Зато, намолчавшись как следует и накопив множество мыслей, мы долго прощались у моего подъезда. Вечер выдался тёплым, пахло дымом и прелой листвой, заходить в дом не хотелось. Мы уже сказали друг другу «до свидания», но, как это часто бывает, затронули вдруг интересную тему и всё не могли наговориться, пока бабушка Тая, высунувшись из открытого окна, не прокричала сердито:
– Милуются голубки! А вода между тем течёт!
– Какая вода? – не поняли мы.
– Залили вы соседей снизу, негодники! Арефьевы уже хотели полицию вызывать…
Не дослушав, мы разом ринулись в подъезд и буквально взлетели по лестнице на седьмой этаж – лифт не работал. Дрожащими руками я открыла дверь и, позабыв, что мама сегодня снова на сутках, крикнула в темноту:
– Мам!..
Ответа не последовало. В прихожей было сухо. Данька, скинув кроссовки, побежал искать причину аварии. А я, путаясь в рукавах куртки, помчалась к себе в спальню – проверить, в порядке ли скрипка.
К счастью, самое ценное, что у меня имелось, оказалось в полном порядке.
– В ванной кран прорвало! – донёсся голос Даньки.
– И что теперь делать?
Раздеваясь на ходу, поспешила на звук знакомого голоса. И вдруг застыла на месте. В ванной воды набралось по щиколотку, ещё чуть-чуть – и перельётся через порожек.
– Я перекрыл воду, больше не течёт, – отозвался друг. – Сейчас в «Стройцентр» сгоняю, куплю необходимые материалы. Он должен ещё работать.
– Ой, Дань, ты мокрый совсем!
– Не страшно.
– Переоденься. Футболки у Макса в шкафу. Носки в комоде.
– Ок.
– Я позвоню ему?
– Позвони. А потом постарайся тут воду прибрать, окей?
– Хорошо… А как?
– Тряпками. Они впитают лишнюю воду, а ты выжимай в тазик или ведро.
– Поняла…
– Что такое? – Даня неожиданно улыбнулся, взял меня за плечи, легонько встряхнул. – Ничего страшного. Это не пожар. Всё наладим, починим, исправим.
Я всхлипнула.
– Арефьевы недавно ремонт сделали. Нам это наводнение влетит в копеечку.
– Посмотрим. Может, не всё так страшно, как кажется.
Я кивнула и немного приободрилась. Сказала сама себе: «Не раскисай, Алина! За дело!» Сперва позвонила Максу с требованием приехать как можно скорее, даже нарочно сгустила краски, мол, в квартире настоящий потоп, соседи ругаются, иначе брат по своему обыкновению всё свалит на меня и Даню. А затем, засучив рукава, принялась за работу.
Когда Даня вернулся, воды на полу значительно поубавилось, и мы, ползая по плиткам и нечаянно задевая друг друга локтями и лбами, вымакали тряпками последнюю лужицу.
– Ну вот, видишь, как и не было ничего, – сказал Даня, оглядывая «поле боя».
В ванной было тесно вдвоём и жарко, как в бане, и я вдруг почувствовала себя неловко. Данька, облаченный в футболку Макса, которая была немного ему тесновата, стоял так близко. И улыбался. В его глазах блестели искорки, а на щеках играли едва заметные ямочки. Я давно заметила, что появлялись они только в исключительных случаях, когда у хозяина этих ямочек было очень хорошее настроение. Согласна, вода, которая не хлещет, как из пожарного ствола – неплохой повод для счастья.