– Надо было уточнять вопрос.
– Так я о том и говорю. Нормальный человек всегда понимает, о чём его спрашивают, а тебе один и тот же вопрос нужно было раз десять в различных интерпретациях повторить, прежде чем получить вменяемый ответ.
– Ну и не общайся со мной больше, если я невменяемая!
Я была так зла на брата, что ушла в свою комнату, хлопнув дверью и оставшись без ужина. Взяла телефон и принялась искать номер Артура. Нет, звонить ему я не собиралась. Просто у меня имелось подозрение, и оно подтвердилось: вся переписка с Артуром исчезла так же, как и его номер. Видно, братец нашёл время, когда я была в ванной, и залез в мой телефон. И сделал это совсем недавно, ибо ещё на прошлой неделе Артур звонил мне – спрашивал, что задавали по истории. Кажется, в тот день, когда я смотрела «Дневник памяти» и разревелась, а Макс подумал, что из-за парня.
Ну и кто из нас невменяемый?
Но я тоже хороша. Мама всегда говорила: «Если нагрубила сгоряча, на досуге проанализируй ситуацию, извлеки урок и обязательно извинись».
И я позвонила Нике. Звонок Ника проигнорировала. Тогда я написала ей ВКонтакте. И обнаружила входящее от какого-то Антона Виртуоза, недавно постучавшегося в друзья. На фото лица не видно, только кларнет в руках, и я подумала, что с этим Антоном мы могли пересекаться на разных фестивалях и конкурсах. Но то, что он написал, повергло меня в недоумение.
Если переводить с нецензурного языка на нормальный, Антон писал: «Я знаю, что ты встречаешься сразу с двумя парнями и морочишь голову третьему. Если не прекратишь, об этом узнают все». А в чате первокурсников прочла новость: с завтрашнего дня мы уходим на дистанционку.
Слишком много всего для меня на сегодня. Чтобы не сойти с ума и хоть немного упорядочить мысли, я взяла скрипку. Настроила. Закрыла глаза. Вдохнула. Коснулась смычком струны...
Внутри меня что-то вспыхнуло, зажглось, растеклось по венам пожаром и наполнило всё вокруг. Звучала и пела каждая клеточка, горела огнём, вибрировала, звенела. Я словно сама была музыкой. Магией. Волшебством. Вселенной – бескрайней, звучащей, искрящейся. Вслед за мелодией я уносилась в дальние дали, падала оземь и снова взлетала. Обламывала крылья и отращивала их вновь. Металась среди звёзд и ныряла в глубины океанов. Разбивалась на мелкие осколки, сгорала заживо и восставала, как та птица из пепла. Открывала новые миры и излечивала застарелые раны. Любила и ненавидела, творила и разрушала...
Когда я высказалась, бессильно уронила руки и не смогла даже вздохнуть, до того устала. Непонимающим взглядом уставилась на шкаф-купе. Как он тут оказался, если я только что была за пределами миров? В ушах всё ещё звучала музыка...
Дверь открылась, впустив маму.
– Алина, доченька! – Она обняла меня. – Как ты играла!.. У меня душа наизнанку вывернулась.
– Мам, я так скучала! Когда ты вернулась? Ты плакала?
– Это твоя музыка заставила меня плакать.
– Прости!..
– Ничего. Так ведь и нужно, верно?
– Да, но я не хотела тебя огорчать.
– Наоборот, ты меня порадовала. Идём ужинать?
– С удовольствием.
Мы провели чудесный вечер втроём – я, мама и Макс. Такое счастье нам выпадало редко, а что самое главное, рядом с мамой Макс становился вполне адекватным и даже выдавал более-менее сносные шутки. Мало того, мы с ним помирились и попросили друг у друга прощения. А потом, вымыв посуду, я ещё раз зашла в соцсеть и убедилась, что Ника по-прежнему меня игнорит. И, чтобы хоть немного заглушить совесть и не растравлять душу мыслями о том, что сегодня произошло – и не только в кафе, но и у подъезда, – я решила отвлечься и посмотреть фильм. Не слезливый, а, наоборот, жизнеутверждающий. Или, что ещё лучше, смешной. Например, про животных. Про животных – это всегда мило и смешно. И выбор мой пал на фильм со странным названием «Хатико».
Глава 14. Алина
Утром я проснулась, как обычно, без четверти пять и подскочила с кровати, совершенно позабыв о том, что никуда спешить не нужно. Все ещё спали, и я, понимая, что больше не усну, решила приготовить завтрак. Недолго думая, сделала тесто и напекла блинов. Мама приятно удивилась и всё нахваливала эластичность теста и вкус начинки, а Макс, не изменяя себе, заявил, что дистанционка пошла мне на пользу. Я едва удержалась, чтобы не вылить остатки теста ему на голову. А в целом утро, конечно, прошло хорошо.