Стоило нам выйти на воздух, как из-за потоков дождя вынырнул автомобиль и остановился напротив крыльца. Зонта, понятное дело, ни у кого из нас не нашлось. Я нахлобучила на голову капюшон, Данька спрятал мой футляр под клетчатой рубашкой, и мы дружно сбежали со ступенек, чтобы оказаться в спасительном салоне авто.
Там было натоплено и громко играл развесёлый шансон. Данька сел рядом со мной, водрузил между ног мою скрипку и сообщил водителю адрес.
– И приглушите звук, – сказал он и как бы нехотя добавил: – Пожалуйста.
Как и я, он любил совсем другую музыку. Но не Моцарта с Бетховеном, понятное дело, а отечественный рок. Я тоже рок люблю, но без фанатизма. Мне творчество Моцарта ближе и понятнее.
Мы тронулись, и я расслабилась. По крыше грохотал дождь, за окнами расплывчатыми пятнами проплывали фонари и огни витрин, я согрелась и поймала себя на том, что хочу есть. Наверное, всё из-за куртки.
Данька провёл ладонью по мокрым волосам и несколько капель попало мне на щеку.
– Прости, ты из-за меня вымок, – посочувствовала я.
– Не сахар – не растаю.
Я улыбнулась. Данька – профессиональный повар. Он, сам того не осознавая, частенько упоминает о еде. У него и фамилия вкусная – Солодков.
– Как день прошёл? – поинтересовалась я.
– Нормально. А у тебя?
– Меня пересадили за второй пульт.
– А это что значит – второй пульт? Это хорошо или как?
– Считай, меня повысили.
– Тогда поздравляю от души. Скрипка не промокла, надеюсь? – и он обследовал замки.
– Спасибо. Не должна. Футляр непромокаемый.
– Ну, это главное.
С Данькой комфортно находиться рядом уже потому, что я давно его знаю. Мы, считай, выросли вместе. С ним можно спокойно расслабиться, не подбирать темы для разговора и просто быть собой. Можно даже уснуть в такси, не переживая о том, что таксист воспользуется моей беспомощностью и украдёт скрипку. Если Данька подшучивал, то делал это беззлобно, так, что не хотелось потом срочно писать завещание и уничтожать компромат в ноутбуке. И я, удобно разместив голову на подголовнике, закрыла глаза, отдавшись череде самых разнообразных мыслей. Лёгкий аромат борща будоражил мои рецепторы, а потому думалось вовсе не о сонатах Моцарта, а о хлебе насущном.
Вспомнилось вдруг, как когда-то давно мы с Данькой жарили блины у нас на кухне. Мама, как обычно, была на работе, Макс с Даней играли в приставку, а я всё канючила: «Есть хочу!»
– Открой холодильник и разогрей что-нибудь! – отмахнулся Макс.
– В холодильнике ничего нет, – ответила я.
– Так приготовь! Ты же девочка!
Я открыла рот, чтобы возмутиться, мол, я хоть и девочка, но маленькая, а он мой старший брат и обязан за мной присматривать, но тут же закрыла. Макс прав. Мне восемь, а значит, пора начинать заботиться о собственном пропитании.
– Давай помогу, – сжалился надо мной Данька.
– А ты умеешь готовить? – удивилась я.
– Я сам повар не ахти, – признался тот, – но блины печь и макароны варить умею. Значит, и тебя научу. Ты чего хочешь?
– Блинов хочу.
И Даня, не обращая внимания на подначивания Макса, отправился со мной на кухню, отыскал в недрах кухонных шкафов миску, венчик, достал из холодильника молоко и яйца. Взбил тесто. Я завороженно наблюдала за тем, как ловко он всё это делает.
– Можно тебе помочь?
– Конечно. Это не сложно.
Я повозила большой ложкой в миске и вылила немного теста на раскалённую сковородку. Масло на сковородке грозно зашипело в ответ. Даня схватил посудину за ручку, сделал круговое движение, и тесто красиво растеклось по дну. Со следующим блинчиком я уже сама справлюсь.
– Я хочу научиться готовить, – заявила я.
– Попробуй перевернуть для начала, – предложил Даня.
Я смело взяла деревянную лопатку, поддела блинчик снизу и… он развалился на две части.
– У-у-у, ты куда уехал?
Данька не выдержал и рассмеялся. Я нахмурилась. Ну с кем не бывает! Как будто будущие шеф-повара рождаются с умением жарить котлеты!
– Первый блин комом! – сказал Даня и голыми руками вынул из сковороды остатки моего блинчика. – Давай съедим?
– Ешь на здоровье, – милостиво разрешила я и подлила немного оливкового масла на сковородку. Что делать дальше, я знаю. Я всё схватываю на лету.
Оу, нет, не схватываю. Схватывает Данька. Я не знаю, как так получилось, но я честно пыталась налить на сковороду тесто и красиво его распластать, но эта дурацкая сковородка выпала у меня из рук. И она бы точно грохнулась мне на ноги, если бы не Даня. Вот это реакция! Но хуже всего то, что раскалённое масло брызнуло ему на запястье.
– Ой, прости! – испугалась я. – Из-за меня у тебя будет ожог.