Какой праздник обходится без неожиданностей? Правильно – только скучный. На нашем празднике тоже не обошлось без них, но, к счастью, исключительно приятных: помимо кучи самых разнообразных подарков, добрых пожеланий, горячих объятий и дружеских поцелуев, тётя Наташа поразила всех присутствующих – и собственного сына в том числе – своим пением. Никто даже не подозревал, что она способна выводить голосом такие рулады! А Яна – играть на фортепиано, Игорь Витальевич – мастерски пародировать голоса каждого из присутствующих, Никита – выплясывать польку и рассказывать самые смешные анекдоты в мире, Даня – жонглировать пятью бокалами одновременно, мама – запускать фейерверки, Настя – рисовать потрясающие стенгазеты, Макс – показывать фокусы, а я – счастливо смеяться, танцуя с Даней быстрый танец как медленный.
Я засыпаю далеко за полночь, абсолютно счастливая и уверенная, что Новый год принесёт мне только самое лучшее. А если и мелькнёт на горизонте какая-нибудь неприятность, мы её переживём, главное – вместе.
Просыпаюсь, когда в окно вовсю светит солнце. Потягиваюсь спросонья, расправляю затёкшие мышцы. Сладко зеваю и переворачиваюсь на другой бок, подкладывая руку под подушку. И неожиданно натыкаюсь на что-то твёрдое. Неужели подарок от «Деда Мороза»? Давненько дедуля не оставлял мне дары под подушкой! Но пальцы нащупывают нечто, обитое бархатом.
Сон тут же как рукой снимает. Даже дыхание перехватывает.
Да, так и есть. Осязание меня не обманывает. Передо мной коробочка изящной формы, обитая алым бархатом. С замиранием сердца открываю крышечку. И, честно, чуть не слепну от красоты – в этот момент лучик солнца падает на кулон и искрится в гранях драгоценных камней.
Потому я не сразу вижу вложенную внутрь миниатюрную карточку. Дрожащими пальцами подношу к глазам. Мелким, но узнаваемым почерком было написано:
«Алина! Поедешь со мной на родину Моцарта? Твой Даня».
Вмиг на меня накатывает волна самых разнообразных чувств, и от осознания важности и ответственности в принятии решения гулко колотится сердце, а дыхание снова останавливается. И в то же время я знаю, что именно отвечу. Это будет простое и лаконичное слово длиной всего лишь в две буквы, но включающее столько нежности и надежды, что ими, если задаться такой целью, можно окутать весь мир! А другим мой ответ просто не может быть.
Эпилог. Даня
- Зальцбург, несколько месяцев спустя -
Все эти площади, парки, фонтаны, старинные дома, музеи и прочие достопримечательности по большей части проходят мимо меня. Я гляжу на захлёбывающуюся от радости Алинку и счастлив оттого, что счастлива она.
В Австрию мы попадаем не так скоро, как хотелось бы – возникли какие-то непредвиденные заминки из-за оформления паспорта на скрипку, но поездка, как по мне, от этого только выиграла. Погода стоит чудесная, сессия у Алинки не скоро, у меня заслуженный отпуск.
Во внутреннем кармане дожидается своего часа помолвочное кольцо в обитой алым бархатом коробочке, на семь вечера в ресторане с видом на набережную заказан столик. Но до семи ещё куча времени, и Алина тянет меня на площадь, туда, откуда раздаются звуки живой музыки.
Прямо на площади играют музыканты. Не знаю, что именно, но что-то из классики. А в перерыве базарят на каком-то незнакомом языке, не похожем ни на один из тех, которые я когда-либо слышал. Алина слушает долго – так, как всегда, полностью пропуская музыку через себя, а потом расчехляет скрипку и присоединяется к ним. Вливается сразу. И я, глядя на свою девушку, понимаю, что музыке не важен язык, на котором ты говоришь. Она и есть универсальное средство общения, объединяющее неравнодушных людей из самых разных уголков планеты. И я чувствую, как сердца касается что-то нематериальное, волшебное, зажигает его и наполняет каким-то щемящим чувством, сладким с лёгкой ноткой горчинки, которое, наверное, можно трактовать как абсолютное счастье.
Вокруг музыкантов собирается толпа благодарных слушателей. В перевёрнутую шляпу летят евро, доллары и другая валюта, в том числе редкая. Я тоже присоединяюсь и бросаю в шляпу несколько банкнот. Моя девочка, отыграв несколько произведений, жестами отказывается от вознаграждения и возвращается ко мне. Целует порывисто и так сладко, что из-под ног земля улетает.
– Ты исполнил мою мечту, Дань, – шепчет она, отстраняясь, – я наконец-то сыграла в Зальцбурге!