На некоторое время воцарилась тишина. Рядом тихо гудели пустые тоннели. Дед подошел к решетке. За ней, в свете фонарика был виден узкий коридор. Метров через десять виднелись ступени ведущие наверх.
Старик повернулся к спутникам.
— Отдохнули? Идем дальше.
Никто ничего не ответил. Все они молча спустились вниз и продолжили путь по тоннелю.
— Тихо, — Борода снова остановился. — Опять что-то там. Я посмотрю.
На этот раз он отсутствовал долго, так что Веник даже немного заволновался. Наконец послышался тихий топот. К ним подбежал запыхавшийся бородач. Посмотрев на его радостную морду, Веник почувствовал, как сердце затрепетало.
— Станция! — выпалил толстяк. — Самая настоящая! В натуре! Никого там нет.
— Идем! — Дед первым бросился вперед. Остальные поспешили следом.
В конце тоннеля, перед входом на станцию, с левой стороны оказалась небольшая узкая платформа с тремя дверными проемами. Поднявшись на нее и мельком заглянув в пустые проемы, путники вышли из тоннеля на большую платформу. Остановившись там, все четверо застыли в немом изумлении. Сомнений не было — это и была настоящая станция Метро. Широкий зал с прямыми стенами и ребристым потолком, который поддерживали два ряда изящных прямоугольных колонн из светло-желтого камня.
Четверо беглецов стояли на платформе, пол которой был выложен прямоугольными продолговатыми плитами из черного и серого камня.
— Ну что я вам говорил, — с удовлетворением в голосе сказал Дед. — Теперь поняли?
Оглядевшись, парень заметил несколько странных вещей. Сейчас их отряд стоял в самом конце зала. Вероятно, когда-то раньше зал кончался широким проходом, но сейчас он был закрыт стеной из темного металла, которая являла резкий контраст с облицовкой станции. Глядя на нее Веник подумал, что эта стена сооружена позже, чем сама станция. Также обращал на себя внимание странный подвесной потолок. Немного ниже основного белого ребристого потолка станции, из каждой колонны торчали мощные металлические штыри, на которых была закреплена металлическая сетка, которая нависала над всей платформой.
— Смотрите! — шепотом воскликнул Фил за их спинами. Они обернулись и возле выхода из тоннеля увидели не замеченную ими табличку, что висела на стене. Большими буквами там было написано «Университет», а рядом нарисована стрелка, указывающая в тоннель, откуда они только что вышли.
Дед глубоко вздохнул, а Борода спросил:
— Что за «Университет»?
— Черт меня возьми, если это не название станции, — сказал Дед. — Я точно помню, что в Метро была станция с таким именем!
— Значит полдела сделано? Надо теперь найти название этой станции, и станет ясно, где мы и куда двигаться? Правильно я говорю, учитель?
— Правильно, — сказал Дед. — Давайте осмотрим станцию и узнаем ее название. Ищите… А черт! — перебил он сам себя. — Не могу удержаться.
Он полез за пазуху и суетливо вытащил свою схему.
— Борода, посвети.
В луче фонарика они все снова увидели схему Метро, которую Дед держал в дрожащих руках.
От изогнутых линий и множества названий рябило в глазах. Веник пытался найти слово «Университет», но Дед это сделал это раньше него.
— Вот! — торжествующе сказал он. — Мы сейчас или на станции «Воробьевы горы» или же на станции «Проспект Вернадского». Осталось только найти подтверждение!
Спрятав схему, он торжественно сказал:
— Ищите парни!
Они сделали шаг вперед, как из под ноги Фила что-то выскочило и, звеня, покатилось под платформе. Веник вздрогнул.
— Что это? — шепотом спросил он.
Мастеровой посветил себе под ноги фонариком.
— Гильзы, — ответил он тоже шепотом.
Тут и Веник заметил целую россыпь стреляных гильз на полу. Зачем-то посмотрев на ближайшую колонну, он заметил, что в ее ровной поверхности виднелись небольшие углубления.
«Тут стреляли», — наконец понял парень.
— Не нравится мне это, — сказал Борода.
— Без паники, — ответил Дед неожиданно ровным голосом. — Вряд ли это недавно было, но будьте начеку.
Веник, как и остальные, взял автомат на изготовку. Настороженно глядя перед собой, отряд цепью двинулся по платформе. Веник, оказавшийся на левом фланге, зашел за ряд колонн и пошел по противоположному краю платформы. Здесь также внизу, под перроном, лежали рельсы. Единственное отличие от тоннеля — каждый рельс лежал на отдельных коротких шпалах, между которыми располагалась небольшая канавка. Больше внизу ничего интересного не было. На стене, возле входа в тоннель тоже висела табличка указывавшая на «Университет».