ИЗ ПИСЕМ
Телеграмма П. Ф. Виноградову, апрель 1918 г.
…если мы добросовестно учим дисциплине рабочих и крестьян, то мы обязаны начать с самих себя. (Полн. собр. соч., т.50, стр. 63)
Д. И. Курскому 4 мая 1918 г.
Наказания за взятку (лихоимство, подкуп, сводка для взятки и пр. и т. п.) должны быть
не ниже
десяти лет тюрьмы и, сверх того, десяти лет принудительных работ.
(Полн. собр. соч., т. 50, стр. 70)
А. Д. Цюрупе 10 мая 1918 г.
…если лучшие питерские рабочие не создадут по отбору надежной рабочей армии в 20 000 человек для дисциплинированного и беспощадного военного похода на деревенскую буржуазию и на взяточников, то голод и гибель революции неизбежны. (Полн. собр. соч., т.50, стр. 72)
Г. Е. Зиновьеву 26 июня 1918 г.
Тов. Зиновьев! Только сегодня мы услыхали в ЦК, что в Питере рабочие хотели ответить на убийство Володарского массовым террором и что вы (не Вы лично, а питерские цекисты или пекисты) удержали.
Протестую решительно!
Мы компрометируем себя: грозим даже в резолюциях Совета массовым террором, а когда до дела, тормозим революционную инициативу масс, вполне правильную.
Это не-воз-мож-но!
Террористы будут считать нас тряпками. Время архивоенное. Надо поощрять энергию и массовидность террора против контрреволюционеров, и особенно в Питере, пример коего решает. (Полн. собр. соч., т. 50, стр. 106)
Цюрупе 26 июня 1918 г.
Пять дней на обмен телеграммами с Зиновьевым (давно спрашивавшим, куда слать отряды) и на погрузку товаров (1 день??).
Это чудовищная волокита. Назначьте 10 чиновников — сволочей из Компрода с требованием: в 1 день или в 2 дня сделать все, иначе расчет и под суд. (Полн. собр. соч., т. 50, стр. 107–108)
ИЮЛЬ 1 9 1 8 – МАРТ 1 9 1 9
Из Речи на Объединенном заседании ВЦИК, Московского Совета, фабрично-заводских комитетов и профессиональных союзов Москвы 29 июля 1918 г. (Полн. собр. соч., т. 37)
Наша республика — единственная страна, которая вышла насильственным и революционным путем из мировой империалистической войны, которая подняла знамя социалистической революции, но ее снова втягивают в империалистическую войну, снова желают поставить ее на фронт. Пусть чехословаки воюют с немцами, пусть российская буржуазия выбирает, пусть Милюков решает, может быть, даже в согласии с Спиридоновой и Камковым, вопрос с какими империалистами им идти вместе. Но мы заявляем, что для того, чтобы помешать решению этого вопроса, мы должны быть готовыми отдать нашу жизнь, ибо дело идет о спасении всей социалистической революции. (Стр. 18)
Из Письма к американским рабочим (Полн. собр. соч., т. 37)
Тот не социалист, кто не понимает, что ради победы над буржуазией, ради перехода власти к рабочим, ради начала международной пролетарской революции, можно и должно не останавливаться ни перед какими жертвами, в том числе перед жертвой частью территории, перед жертвой тяжелых поражений от империализма. Тот не социалист, кто не доказал делами своей готовности на величайшие жертвы со стороны «его» отечества, лишь бы дело социалистической революции было фактически двинуто вперед.
Ради «своего» дела, т. е. ради завоевания мирового господства, империалисты Англии и Германии не остановились перед полным разорением и удушением целого ряда стран, начиная от Бельгии и Сербии, продолжая Палестиной и Месопотамией. Ну, а социалисты ради «своего дела», ради освобождения трудящихся всего мира от ига капитала, ради завоевания всеобщего прочного мира, они должны выжидать, пока найдется путь без жертв, они должны бояться начать бой, пока не будет «гарантирован» легкий успех, они должны ставить выше безопасность и целость «своего», буржуазией созданного, «отечества», по сравнению с интересами всемирной социалистической революции? Трижды заслуживают презрения те хамы международного социализма, те лакеи буржуазной морали, которые так думают. (Стр. 54)
Историческая деятельность — не тротуар Невского проспекта, говорил великий русский революционер Чернышевский. Кто «допускает» революцию пролетариата лишь «под условием», чтобы она шла легко и гладко, чтобы было сразу соединенное действие пролетариев разных стран, чтобы была наперед дана гарантия от поражений, чтобы дорога революции была широка, свободна, пряма, чтобы не приходилось временами, идя к победе, нести самые тяжелые жертвы, «отсиживаться в осажденной крепости» или пробираться по самым узким, непроходимым, извилистым и опасным горным тропинкам, — тот не революционер, тот не освободил себя от педантства буржуазной интеллигенции, тот на деле окажется постоянно скатывающимся в лагерь контрреволюционной буржуазии, как наши правые эсеры, меньшевики и даже (хотя и реже) левые эсеры. (Стр. 57)