На ресепшене на них странно смотрели молоденькие девушки, которые там работали, и все время спрашивали:
– У вас все в порядке?
Командировочные тоже постоянно улыбались победителям соревнования и обменивались не только улыбками, но и наработками. Ректоры институтов постоянно рассыпались в комплиментах новому молодому поколению, и передавали привет Григорию Владимировичу Хворостову.
Никто даже не догадывался, что творится в душе у победительниц. Девушки не знали, куда пойдут после того, как их ласково выставят на улицу в двенадцать часов дня, когда их время пребывания в гостинице истечет.
– Катя, – давай иди к Ромке, – говорила ей Роза. – Хватит из – себя гордую строить!
– Может, я лучше к Нинке – Камасутре пойду? – спрашивала Катя.
– Ладно, пойдем к Нинке, уговорила, – недовольно бурчала Роза. – Послушай, но у нас только денег в один конец на метро. Поэтому нам нельзя ошибиться. Давай лучше позвоним из гостиницы в общагу и узнаем, – живет она там или уже съехала. Столько времени прошло, все могло измениться?
– Точно, давай позвоним и через справочную узнаем.
– Алло, добрый день, – испуганно спросила Катя, – не подскажете мне, Нина Васильева, библиотекарь, живет в тринадцатой комнате, и не могли бы вы ее позвать к телефону?
– Нина Васильева уже давно вышла замуж и уехала из общежития в неизвестном направлении или в Тамбов, или Псков, я уже и не упомню, – отозвался голос мужчины – вахтера на другом конце провода.
– Спроси о Ромке! – закричала Роза.
– Не буду! – уперлась Катя. – Еще чего, лучше умру. Мне стыдно.
Катя положила трубку телефона и стукнула Розу по плечу.
– Ты что, не понимаешь? Я ему не нужна. Столько лет прошло, он меня, наверное, и не помнит. Роза, отстань от меня со своим Ромкой.
– Знаешь что, подруга, ты мне вот что скажи, ты ради нас можешь хоть раз через себя перешагнуть? Сколько можно уже тебя упрашивать. У нас нет другого выхода, – злилась Инна Хворостова.
– Знаешь что? Ты бы лучше сумку свою держала при себе. А не знакомилась в поезде, с кем попало. А потом еще этот твой новый дружок устроил концерт пьяный, ведь специально устроил, чтобы его с поезда ссадили в Воронеже. Ты что думаешь, он и правда сильно пьяный был? Он специально начал проводникам и начальнику поезда грубить. Да он таких дур, как ты, уже стольких ограбил! А потом видела, как рванул, когда из поезда вышел, прям, как трезвый. И дружок его на машине ждал, ты что, не видела? У них давно все продумано. Да и в доле они вместе с ментами, сто процентов, – кричала на подругу Катя. – А сумку они тебе специально порезали, для отмазки.
– Хватит, девочки, ругаться! – прервала их завуч Нина. – Знаете что, давайте искать выход из положения. А не нападать друг на друга.
– Точно, успокойтесь уже, – поддержала ее Роза. – Лучше давай еще кого– нибудь из знакомых вспомним. Слушай, а Лена Штоум? Ты что, забыла, наша Лена? У которой мы с тобой останавливались, когда в Питер приезжали после института. Одноклассница твоя, помнишь? Ну, та самая, которая нас с тобой приютила, а ее муж на завод нас устроил работать?
– Какая ты умная, Роза! Я о ней сразу вспомнила! Но она уже в Германию, наверное, уехала. Ты же помнишь, у них все родственники туда переехали. Я ей письма на общежитие писала, писала. Ни ответа, ни привета. Они точно в Германии живут. У них в Шпаковке никого не осталось. Все родственники уехали давно. Хотя я, кажется, помню, где Лена последний раз жила. Из общаги они переехали в коммунальную квартиру. Я, правда, у них всего один раз была, помогала им вещи перевозить из семейной общаги в комнату возле Нарвских ворот. Может, правда попробуем ее разыскать? А вдруг они еще не уехали?
– Поехали, нам же все равно ночевать негде, да и денег на билет тоже нет. У нас, что выбор есть? Но запомни, Катя: у нас денег только на метро в одну сторону. Если мы ее не найдем, то будем добираться гоп – стопом домой, – подвела итог Роза. – А может быть, все таки к Ромке?
Катя помахала подруге кулаком, состроила грозную рожицу, и, подхватив чемодан, уверенно зашагала в сторону метро.
– Нет, я не хочу гоп – стопом, – закричала Инна, дочь шефа, семеня сзади. – Я точно по дороге в кого – нибудь влюблюсь. И дальше поеду с ним.