Сама баба Маня тоже войну прошла, разведчицей была, как она сама говорила, служила в «дырявой команде», Ленинград она защищала зенитчицей, разведывала, куда наносить удар по врагу. Блокаду выдержала вместе со всеми и больную маму без ног выхаживала. Не дала ей умереть с голоду. Катя часами любила слушать ее рассказы о жизни, о войне, об ученом муже, который «…грамоту знал, писать умел…».
Сама баба Маня ни читать ни писать не умела, но была просто прирожденным экономистом – философом. Подсчитывала свои копейки и умела их копить и, конечно, советы давать, как сэкономить. Любила она это дело, деньги пересчитывать, это ее успокаивало. Сказались голодные годы блокады.
– С легким паром, мамочка! – Давайте садиться за стол. Мы с Яной уже второй раз разогреваем все, – сказала Катя. – Сейчас поужинаем, потом маме нужно отдохнуть с дороги, хорошо выспаться, а завтра пойдем к Раисе Степановне по делам.
– К какой Раисе Степановне? – ревностно спросила баба Маня.
– Это знакомая Катиной мамы, – быстро сообразила Яна.
– А, понятно, значит у вас тут знакомая есть? Это хорошо, повидаться нужно, на севере плохие люди не задерживаются. Сколько эта ваша знакомая здесь живет.
– Да лет двадцать точно, – ответила Катя.
– Тогда точно хорошая женщина, – сказала баба Маня. – Дело в том, что север он ведь знаешь какой? Он плохих людей на дух не переносит. Север все сделает, что ты все равно с него сбежишь, если ты – нехороший человек. Вот мой муж, он еще, когда в Питере жил, он у меня ученый был, грамоту знал, писать умел. Он всегда говорил, что плохих людей меньше, чем хороших, но они почему – то дружней.
– Как это дружней? – спросила Яна. – Вы баб Мань, опять что – то не то говорите.
– Нет, я правду говорю, – запротестовала баба Маня. – Вот сама подумай, как только тебе плохо, тут как тут прибегут злые люди гуртом и добьют тебя. Они очень дружно тебя добьют, поверь мне. Мне ужо годков много, я много на своем веку повидала всяких людей и плохих и хороших.
– Баб Маня, а мы хорошие или плохие? – спросила, обнимая старушку Катя.
– Вы вперемешку, – хитро прищурившись заявила баба Маня. – Я ешо ни разобралась в вас. Потом видать будет кто есть кто. Ладно, заболталась я, устала, пойду отдыхать. Все было вкусно, спасибо. – А вы мне понравились, – обратилась она к маме Кати. – Так что живите, сколько хотите тут. До свидания!
И тяжело поднявшись, она медленно пошла к двери.
– Интересная бабушка, – сказала Катина мама. – Ну ладно, я вот что хочу тебе сказать, – обратилась она к Кате. Нам нужно с тобой еще деньги снять. Я же с собой не могла взять такую сумму, поэтому положила их на сберегательную книжку. Завтра пойдем и снимем, с утра пойдем в сбербанк, а потом поедем к твоей Раисе Степановне.
На следующий день, рано утром они веселые пошли за деньгами.
– Мамочка, любимая, ты самая лучшая мама на свете, – не переставая щебетала по дороге Катя. – Я, наконец – то не буду скитаться по городу и буду жить в своей собственной квартире. Я даже и не думала, что это возможно. Не смела и мечтать. Какая ты у меня умница, моя любимая мама. Я прекрасно знаю, что денег у тебя нет и даже не понимаю, откуда ты их взяла? – спросила, обнимая маму, Катя. – Ты хоть расскажи, как тебе это удалось? Ты сделала невозможное возможным. Я представляю, каких тебе сил это стоило?! Мамочка, расскажи, пожалуйста.
– Да что тут рассказывать. Я очень хотела тебе помочь, доченька. Чтобы вам с Никитой больше не скитаться по чужим углам. Вот я и решила собрать у кого сколько есть денег и пошла побираться по родственникам и друзьям. Катя, я увидела, кто есть кто на самом деле. Увидела всех и снаружи и изнутри. И хочу тебе признаться, – это очень неприятное зрелище.
Могу тебе честно сказать, это не одно и то же – внешняя оболочка и внутренняя составляющая человека. Я пошла сначала по всем близким родственникам. Ну ты же знаешь, что они бы отдали все, что у них есть, но у них ничего нет. Потом я пошла по близким и далеким друзьям. Те сразу откликнулись и у кого, что было стали отдавать мне.
Конечно, не все. Были и такие, которые отказывали, потому что не были уверенны, что учительская зарплата позволит мне отдать им долг. Я говорила, что напишу расписку и отдам под залог все золото. Но некоторые друзья все – таки отказали. Это были, скорее всего, знакомые. Не друзья – это точно. В основном настоящие друзья и выручили.